— Не пришел.
Ну да, приехал. Мы прошли на кухню. Ноут, вазочка с печеньем, подувядший букет, который я сама себе недавно купила, половинка шоколадного батончика в обертке. Психопат заинтересовался холодильником; подойдя, он снял с него блокнот на магнитике с маленьким карандашом, вручил мне, велел сесть за стол и писать: «Квартиру завещаю…»
— Завещаю? — воскликнула я, не выдержав.
— Тс-с-с, — он приложил палец к губам, — я не собираюсь убивать тебя. Просто заберу.
— Но зачем тогда завещание? Что тебе нужно?
— Все.
— Бери! Все бери!
Он насмешливо улыбнулся и пояснил:
— Мне не нужно ничего из твоих вещей. Только ты.
Послала же мне судьбинушка психопата! Правильно говорят астрологи: двадцать семь – опасный возраст. Если я кинусь к двери, то успею ли открыть ее и выбежать в подъезд? Должна успеть, просто обязана! А в подъезде такой ор подниму, что всех соседей переполошу!
— Спокойно, — предупредил мужик.
Нервы сдали, я вскочила и бросилась в коридор, но психопат каким-то образом меня опередил, и я буквально в него врезалась. Он поймал меня, и я забилась в его руках, закричала; полотенце упало. Мужик удержал меня без усилий, а потом встряхнул разок и проговорил строго:
— Кричать бесполезно, нас не услышат. Тебя пугает завещание? Хорошо, тогда не оставим записки, и ты исчезнешь просто так.
— Исчезну? — ошарашенно выдохнула я.
— В этом мире.
Этот маньяк точно меня убьет!
Я начала обмякать, и его хватка стала слабее, пальцы пробежались ласково по голой коже плеч.
— Можешь взять, что тебе дорого, — разрешил он и отпустил меня.
Я подобрала полотенце, прикрылась, пошла в зал, как сомнамбула, дошла до комода, открыла шкатулку и надела бабушкины серьги – самое дорогое для меня в квартире. Что взять еще? В ступоре я не могла сообразить и поэтому сняла с дивана ленивца, подушку-игрушку, которую купила как-то по наитию; с ленивцем хорошо засыпать или смотреть фильм.
— Можно ведь игрушку? — робко спросила я у психопата.
— Можно. Еще захвати что-то из своей одежды – или я могу предложить тебе свой кафтан.
Кафтан, е-мое!
Я проследовала в спальню, размышляя, стоит ли предпринять еще одну попытку сбежать или поднять шум; пожалуй, пока не стоит – не хочу снова ощутить на себе лапы этого маньяка, сначала надо собрать разбегающиеся мысли. Открыв шкаф, я быстро надела первое попавшееся на глаза нижнее белье, носки, свитер и влезла в джинсы. Все это время психопат наблюдал за мной, стоя у двери – отходной путь сторожит.
Ну и ситуация…
Одетая, я взяла ленивца, с которым почему-то почувствовала себя увереннее, и посмотрела на мужика. Мало того, что вырядился как незнакомо кто, так еще и парик нацепил: искусственная густая грива черных волос спадает куда ниже плеч. А вот что он сделал с лицом – вопрос сложный. Природа оказалась щедра к этому болезному в плане красоты: удачная лепка лица, тонкие черты. Даже обидно.
— Вспомнила меня? — улыбнулся психопат.
— Нет.
— Ты звала суженого.
— Чего?
— Кого. Суженого.
— Не звала я никого…
— Звала, — кивнул он и двинулся ко мне, — высматривала. Вас таких много.
— Каких? — повторила я; спина встретилась со стеной, и я вцепилась в ленивца.
— Любопытных.
Психопат подошел, я увидела его лицо ближе… и вспомнила.
Январь, мне только стукнуло шестнадцать. Зеркальный коридор, свеча, мурашки по коже. Силуэт человека. Я не верю своим глазам, молчу, вглядываюсь напряженно. Вижу вдруг лицо, взрослое, хищное. Визжу, свеча гаснет, девчонки орут, мы несемся включать свет, а потом смеемся, как сумасшедшие, а я рассказываю, что увидела-таки суженого, но мне никто не верит.
— Да не может этого быть, — выдохнула я.
— Ты позвала – я пришел. Ты на меня посмотрела – я посмотрел на тебя, и мне понравилось, — усмехнулся он. — Поэтому, — он оказался вплотную ко мне и обхватил за талию, — я тебя забираю.