— Что…
— Оу, смотрите, а вот и мистер Фландерсон. Вы хотели с ним поговорить, а он, кажется, растерял свою компанию. Нам пора идти.
Она встает, и я наблюдаю, как ее окружает образный щит брони, показывая мне здесь и сейчас, что разговоры о ее личной жизни окончены.
Это нормально, потому что уверен, если она расскажет о своей личной жизни, то начнет задавать вопросы и о моей, а моя личная жизнь — последнее, о чем я хочу говорить.
— Да. — Я прочистил горло. — Зоркий глаз. — Я встаю и застегиваю пиджак. — Пойдем.
И вот так мы вернулись к отношениям босса и помощника. И так оно и останется.
— Большое Вам спасибо, — говорит Чарли, откусывая от вегетарианского бургера, а затем отправляя в рот кусочек картошки фри. — Мне необходимо было поесть. От этих закусок никакого толка.
Я откусываю от своего бургера и промокаю губы салфеткой, наблюдая за ней. Ее помада поблекла, волосы слегка растрепались, а на лице появился едва заметный румянец, который женщины часто прикрывают пудрой. Я видел многих женщин в таком образе в два часа ночи, но в отличие от них Чарли хорошо выглядит. Она по-прежнему выглядит сияющей. Должно быть, из-за ее характера и манеры держаться.
— Замечательное мероприятие, правда? — спрашивает она. — Думаю, что мы заложили основу для плодотворного сотрудничества. Люди хотят побольше узнать о Вашем фонде, это потрясающе, и мистер Фландерсон, кажется, был очень впечатлен Вами.
— Ты так думаешь? — спрашиваю я, засовывая в рот жареную картошку. — Он хороший человек, один из немногих.
— Мне очень понравилось разговаривать с его женой. Она замечательная, и я знаю, что Вы хотели, чтобы я молчала, но она задавала мне вопросы, и я подумала, что было бы невежливо не ответить.
— Нет, ты хорошо справилась с ситуацией. Спасибо, что поговорила с ней.
Чарли краснеет.
— Это комплимент, мистер Уэстин?
— Рэт, — говорю я. — Зови меня просто Рэт.
Ее глаза расширяются, а затем она начинает обмахиваться рукой словно веером, оглядывая пустую обеденную зону.
Начинается…
— Спокойно, сердце, неужели я только что заработала привилегию называть Вас по имени? Привилегия называть Вас по имени и комплимент… в моем дневнике будет очень много записей сегодня вечером.
— Ты всегда такая… эпатажная?
— Да, привыкайте. — Она подмигивает. — Боже, какая замечательная поездка, а
я-то думала, что поездка в Майами испортит мне все выходные. Но, похоже, мы сделали все задуманное и все равно будем дома к девяти, верно?
Я киваю.
— Да, так и будет. Нам необходимо проснуться через несколько часов, чтобы это произошло.
— Нам следовало уехать сразу после мероприятия.
— Пилот был недоступен, иначе мы бы так и сделали.
— Вы богаты. Бросаетесь деньгами, чтобы все было, как захочется.
Я качаю головой.
— Я так не делаю. Я уважаю расписание людей. Технически мы должны были пойти играть в гольф с мистером Фландерсоном и коллегами завтра, или, думаю, сегодня, поскольку сейчас два часа ночи, но я со всем уважением отказался, потому что тебе нужно домой.
Я делаю глоток воды.
— Подождите. — Она откладывает еду. — Вы изменили расписание ради меня?
— Я не такой мерзавец, как ты думаешь, Чарли.
— Я никогда не считала Вас мерзавцем, мистер Уэстин. Эм… Рэт. Я просто… Наверное, не знаю, что я думала.
Я бросаю салфетку на еду и встаю со стула. Логично, что она считает меня мерзавцем. Я не облегчил ей первую рабочую неделю. И все же сегодня она была невероятна. Ее способность предугадывать все мои потребности была просто невероятной, как будто мы работали вместе много лет. Хотя я был… Я был собой.
— Неважно. Я не добрый. Все осталось, как было. Сегодня ты была великолепна. Увидимся через несколько часов. Не опаздывай.
Я киваю ей на прощание и направляюсь в свою комнату, все это время разминая шею.
— Блядь, — пробормотал я.
Зачем я ей это сказал? Почему не мог остаться в стороне? Неприступным?
Возможно, потому, что не хочу, чтобы кто-то вроде Чарли считал меня засранцем.
Я хочу, чтобы она считала меня хорошим человеком.
Может быть, потому, что хочу, чтобы ей не было противно приходить на работу.
Потому что тогда она возненавидит меня.
Возможно, потому, что в глубине души я хочу, чтобы она увидела меня настоящего.
Только вот в прошлый раз, когда я сделал это — с Ванессой, — я наблюдал, как у меня забрали сердце, когда она уходит.
Глава десятая
ЧАРЛИ
Единственное, что поддерживает меня сейчас, — ощущение зубной пасты у меня во рту, и подарок, который я сунула в портфель Рэта сегодня утром, пока он не видел.