– Отпустите ребенка!
Укоризненно обратилась к Данику:
– Разве можно так?
– Я же извинился, – сказал он. – Я не нарочно. Мама, скажи ему, я не нарочно.
– Мама? Так это ваш ребенок?
– Нет. То есть, да. То есть, не совсем.
– А если бы ты в маму камнем попал? И убил бы ее?
От этих слов Игоря Даник сильно побледнел, на глазах появились слезы. «Он же такой впечатлительный, – подумала Инна. – С ним нельзя так».
– Перестаньте, не надо ему это говорить, – Инна решительно отодвинула Игоря, наклонилась к Данику:
– Даник, в следующий раз смотри внимательно, куда бросаешь.
– Распустили детей, – процедил Игорь.
– Извините, он не нарочно, – обернулась к нему Инна.
– Сначала за ремонт заплатите, тогда извиню, – жестко сказал Игорь.
– Что? – возмутилась она. – Я не буду платить!
«Ничего себе, а еще ухаживать пытался!»
– Стекло менять надо. Знаете, сколько это стоит?
– Я отказываюсь платить, – решительно произнесла Инна, понимая, что с Игорем все кончилось, так и не успев начаться.
Ее несостоявшийся ухажер, не желая отступать, вынул сотовый:
– Алло, полиция?
Инна пожала плечами. Подумаешь, напугал. Улыбнулась насмешливо, надеясь, что не ошиблась. Не ошиблась! Вот и полиция: участковый Александр Иванович Платонов, собственной персоной, кто же еще.
Игорь разочарованно смотрел на участкового – такого простого, обыкновенного.
«А он что, думал, ему вооруженный отряд пришлют?» Перезвонили участковому: Платонов, что там за ерунда на твоем участке, разберись. И вот он здесь, пришел разбираться.
Инна почему-то была уверена, что участковый примет их сторону: ее и Даника. Все-таки знакомые. Что-нибудь придумает, чтобы их защитить. Но придумывать ничего и не пришлось.
Возле шикарной иномарки с трещиной на лобовом стекле стояли Инна и хмурый Игорь, слушали участкового. Недалеко от машины, рядом с пакетом с продуктами присел на корточки Даник, с робкой надеждой взирая на Александра Ивановича, который говорил деловито и монотонно:
– Гражданка Осиновская Инна Валерьевна не является родственницей либо опекуном воспитанника детского дома номер четырнадцать Круглова Данилы. Гражданка Осиновская не является также няней либо воспитательницей этого ребенка. Так как ответственность за Круглова Данилу несет детдом номер четырнадцать, составляем протокол, который направляем в детдом по месту постоянного пребывания ребенка.
Игорь мрачнел, слушая участкового. Александр Иванович добавил от себя уже, другим тоном, оценивающе глядя на иномарку:
– Люди, разъезжающие на таких машинах, обычно занимаются благотворительностью в пользу детских домов, а вы последнее у сирот отобрать хотите. Составляем протокол?
Игорь резко развернулся, молча сел в иномарку, хлопнул дверцей. Инна задумчиво посмотрела вслед шикарной иномарке, перевела взгляд на участкового:
– Спасибо. Надо же, я как-то упустила из виду, что Даник мне, собственно говоря, совершенно чужой.
7. Воскресенье. Вторая встреча. Блинчики
Участковый нес сумку с продуктами, Инна крепко держала Даника за руку, пыталась воспитывать:
– Вот что ты натворил? Дядя Игорь собирался нас на машине покатать. Он детей любит.
– Абстрактно, наверное, – заметил Александр Иванович.
– Нет, – не согласилась Инна, – я думаю, он действительно любит детей, но беспроблемных.
– Таких не бывает, – покачал головой умудренный опытом участковый.
– Я была беспроблемным ребенком, – заявила Инна.
Он снова покачал головой, слегка усмехнулся:
– Об этом неплохо бы узнать мнение ваших родителей.
Инна замолчала, не стала спорить. Тем более, что и спрашивать не у кого.
Подошли к подъезду.
– Ну, что, пошли в детдом? – спросил Александр Иванович у Даника.
– Мы блинчики собирались печь, – сказал Даник. – Дядя Саша, пойдем, мы тебя блинчиками угостим.
– Дядя Саша не любит блинчики, – вмешалась Инна.