Участковый развернул лист, посмотрел на него, сказал серьезно и грустно:
– Вот и документ.
Инна привстала, заглядывая в «документ». На странице, вырванной из какой-то книги сказок, была изображена красивая женщина в длинном сиреневом платье с палочкой в руке. Женщина была удивительно похожа на Инну. Или Инна на нее.
– Кто это? – недоуменно спросила Инна.
– Как я понимаю, фея, – пояснил участковый.
Инна пожала плечами:
– Такой большой мальчик, какие-то сказки.
Участковый смотрел то на Инну, то на изображение феи, словно сравнивая. Она заметила, поинтересовалась ядовито:
– Тоже сказки любите?
– Конечно, – ответил он, безо всяких веселых искорок в глазах. – Ну, что, Данила, пойдем?
Даник подошел к Инне, крепко схватился за ее руку.
– В детдом? – уточнил он.
Участковый долго смотрел на Даника, вцепившегося в Инну. Она вздохнула, понимая безвыходность ситуации.
– Есть хочешь? – спросил участковый. – Давай в кафе сходим. А то я еще не обедал.
Даник молчал. По нему было видно, что отцепить его от Инны будет непросто, без боя он не сдастся. Участковый вопросительно посмотрел на Инну. Она пожала плечами:
– Пойдемте в кафе.
Пока они шли к кафе, Даник все так же крепко держал Инну за руку. Инна тихо спросила участкового:
– Как вы догадались, что он из детдома?
– Детдом тут недалеко, – охотно ответил он. – Оттуда часто сбегают. Да и глаза у него такие… взрослые. Такие ребятишки рано взрослеют.
– Взрослый? – поразилась Инна. – Выдумал, что я – его мама и верит! Разве это нормально?
– В этом возрасте, наверное, нормально. Вы сами в детстве ничего не выдумывали?
– Нет! – воскликнула Инна. – Я точно знала, кто мои родители!
– Даниле не так повезло, – спокойно возразил участковый.
Кафе оказалось с самообслуживанием. Привыкшая к ресторанам Инна даже и не знала, что такие еще бывают. Выяснилось это после того, как она безучастно уселась за одним из столиков у окна и так же безучастно в это окно уставилась. Мальчик Данила, наконец, отпустил ее руку и тоже сел за столик.
Участковый садиться не стал, стоя у столика, поинтересовался:
– Будете сосиски с капустой?
– Мне все равно, – равнодушно сказала Инна, не отрываясь от пейзажа за окном.
Спохватилась только, когда участковый принес поднос с тарелками и чашками. Неудобно получилось. Хорошо, что Данила сообразил, помог – принес хлеб и вилки.
– Я заплачу за себя, – поспешно сказала Инна.
– Все в порядке, – успокоил участковый. – Да здесь недорого.
– Я догадалась, – сказала Инна, снова отворачиваясь к окну.
Даник поглощал сосиски с аппетитом, Инна медленно жевала, занятая своими мыслями.
– Меня зовут… – начал участковый.
– Участковый Платонов, – вяло отозвалась Инна. – Я запомнила.
– Меня зовут Александр Иванович.
– Очень приятно. Инна Валерьевна, – машинально ответила она и рассердилась его улыбке.
– Я тоже запомнил, – сказал участковый, все еще улыбаясь.
– Ах, да, – кивнула Инна.
Ничего смешного! Подумаешь, ответила невпопад. Все потому, что здесь только ее телесная оболочка, а сама она – на выставке, где должно было состояться очень важное событие в ее жизни – знакомство с родителями Влада. А вместо этого она должна сидеть тут с совершенно чужими ей людьми и есть какие-то сосиски! Да она их вообще никогда не ест!
– Мама, ты меня домой заберешь? – спросил Даник с надеждой.
Инна молчала. Что тут скажешь.
– Данила, ты взрослый парень, – рассудительно сказал участковый. – Инне Валерьевне завтра на работу. Мне тоже некогда. Сейчас отведу тебя и пойду преступников ловить.
«Ловят бабочек, а преступников…» – хотела сказать Инна, но промолчала.
– У вас пистолет есть? – заинтересовался Даник.
– Конечно, – подтвердил участковый. – И пистолет, и наручники. Если кто-то нарушает, не слушается, я на него – наручники и в полицию. Там нарушитель сидит за решеткой.