– А какой нарушитель? – допытывался Даник.
– Нарушители бывают разные. Ты, например, из детдома сбежал – тоже нарушитель, – Инна поразилась тому, как участковый ловко перевел разговор на насущную проблему.
– Вы на меня наручники наденете? – недоверчиво спросил Даник.
– Зачем же сразу наручники. Ты же сам пойдешь? – почти утвердительно сказал участковый.
Даник кивнул.
В детдоме к ним вышла директор Вера Игнатьевна, выбежала и воспитательница Софья Петровна, ловко и умело отцепила Даника от Инны и быстро повела по коридору. Даник не сопротивлялся, только оглянулся на Инну:
– Мама, ты же заберешь меня отсюда?
Она промолчала, взволнованная, не в состоянии ни солгать, ни сказать жесткую правду.
Вера Игнатьевна неодобрительно посмотрела на участкового и Инну, произнесла строго:
– Что-то вы долго шли.
– Дела разные. Задержались, – уклончиво ответил участковый.
Взволнованная Инна стала торопливо объяснять:
– А мы в кафе зашли, пообедали. Мы Данилу накормили, вы не волнуйтесь.
Александр Иванович взглянул на нее с досадой: не надо было этого говорить.
– Это вы зря, – укоризненно сказала директор. – Надо было сразу сюда вести. Сначала приваживаете, а потом обратно в детдом спихиваете. И вы – хорошие, добренькие, а мы тут – плохие.
– Ну, знаете ли! – выкрикнула Инна, возмущенная несправедливыми упреками. – Я тут вообще не при чем! Я не виновата, что ваш ребенок сбежал! Если хотите знать, он мне сегодня всю мою личную жизнь разрушил! Следите лучше за детьми! Безобразие просто!
Вера Игнатьевна хладнокровно выслушала гневную тираду Инны, спокойно ответила:
– Извините за беспокойство, постараемся, чтобы это не повторилось.
Инна выбежала из детдома в растрепанных чувствах. Участковый вышел следом.
– Трудные здесь ребятки, – сказал он.
– Я в чем виновата? – нервно воскликнула Инна. – Я, что ли, их всех сюда сдала? Что вы ко мне привязались? Ну, арестуйте меня! У вас же там на меня жалоба!
Александр Иванович посмотрел на нее понимающе:
– Мне тоже не по себе, когда бываю в таких местах. Если Данила снова к вам прибежит, сразу звоните. Всего доброго.
И он деловито направился вглубь микрорайона, уверенно шагая среди многоэтажных домов.
Инна посмотрела ему вслед: надо же, какой чуткий. Немного успокоилась, достала из сумочки сотовый.
– Влад? Ты еще на выставке?
Влад соизволил выйти к ней из выставочного зала, отстраненно слушал ее объяснения.
– Все выяснилось, – говорила Инна. – Этот мальчик из детдома. Если ты мне не веришь, я могу принести тебе справку, что я – не его мама.
– Это лишнее, – надменно произнес Влад. – Уверен, что достать любую справку для тебя не проблема.
– Почему ты мне не веришь? – огорчилась она.
– Потому что ко мне никто не подходит на улице и не называет меня папой.
– До сегодняшнего дня ко мне тоже никто не подходил!
– Инна, сегодня я понял, что мы с тобой – разные люди, – размеренно произнес Влад.
– Как это «понял»! Что значит «разные»? Из-за какого-то недоразумения?
– Инна, давай прекратим этот бессмысленный разговор.
Влад быстро и ловко взбежал по ступенькам, ведущим к выставочному залу. Она еще долго стояла, беспомощно глядя на захлопнувшуюся за ним дверь.
«Ну, попадись он мне, этот мальчишка с дурацкими фантазиями! Уши оторву!»
5. Воскресенье. Вторая встреча. Цветок
Неделя, как всегда, была до отказа заполнена поручениями из серии «миссия невыполнима», и Инна не то, чтобы совсем забыла о событиях воскресного дня – такое забудешь! – но острота восприятия немного притупилась. Инна примирилась с исчезновением Влада из ее жизни – значит, не судьба! Значит, он – не ее суженый. Потому что ее суженый не стал бы вести себя так по-идиотски! В общем, она решила не зацикливаться на разрыве с Владом, а смело идти навстречу новому знакомству, если появится подходящий кандидат.