— Ну не знаю, ты ведь не серьезно сейчас? — сомневается Лена.
— В смысле?
— Ну, приворот — это же прикол просто. Интересно, конечно, было попробовать, но мы же понимали, что играем как будто. Типа как в детстве, когда вызывали Пиковую даму и матного гномика. Ты ведь не думала, что твой Егор разом возьмет и полюбит тебя?
Возмущенная, я хватаю ртом воздух, не находя ответа.
— Это скорее чтоб отвлечься, — продолжает Лена. — Ну, и не терять надежду, что он когда-нибудь тебе…
Перебиваю:
— Я голая в холод ползала по этому клоповнику как дурочка! Все по твоим инструкциям, между прочим! Это тоже прикол, что ли? Что ты сразу не сказала, что это игра, я бы не стала!
Ленка вздыхает, отводя глаза. Мы сидим в тишине несколько минут, а потом я залпом допиваю остывший чай и твердо говорю:
— Я сделала приворот на этого Александра Мирецкого. Теперь что-то происходит, и в этом надо разобраться. Что там бывает, если приворожить мертвого?
— Не знаю.
— Значит, узнай. Ты же у нас записалась в колдуньи, ты этот ритуал нашла. Вот там, где нашла его, теперь ищи, как расхлебывать.
Лена поднимается из-за стола, даже не пытаясь скрыть тухлую мину.
— Поищу, — говорит неуверенно. — А сейчас пошли уже в школу, сегодня физика четвертым уроком, как раз успеем.
Морщусь:
— Иди одна, мне сейчас вообще не до физики.
***
Вечером я бездумно прокручиваю ленту в контакте, глядя свозь монитор ноутбука, растерянная и не способная заставить себя сфокусироваться хоть на одной мысли. Весь день приходилось включать музыку или кран в ванной, потому что с наступлением тишины сразу становятся различимы шорохи, похожие на далекие шаги. Даже теперь, когда вернулись родители, и квартира заполнилась телевизорным говором вперемешку с шумом вечерней суеты, не получается вытряхнуть из ушей этот фантомный звук. Словно кто-то неторопливо ступает вдалеке, и с каждой секундой расстояние между нами сокращается.
Мелькнувшее на экране уведомление вырывает меня из прострации: «Новый рекомендуемый друг — Александр Мирецкий». Внутренности мгновенно леденеют — слишком странно для совпадения. Сглотнув, щелкаю по имени.
Александр давно не был в сети, последняя запись на стене сделана почти пять лет назад — пафосная цитата с фотографией хромированного мотоцикла. Похожих фоток на странице штук сто. Приходится долго листать, прежде чем попадается сам Александр — верхом на байке где-то на загородной трассе. Кривозубо улыбающийся, в футболке с логотипом рок-группы. Некрасивый, как и Егор. Все-таки надо было влюбляться в Славу Воронова как все обычные девчонки, не мучилась бы сейчас с этой чертовщиной.
Телефон на столе вибрирует, и я вздрагиваю.
— Д-да?
— Ну я посмотрела, — бубнит Ленка. — Как ты просила.
— И что там?
— Этим ритуалом на самом деле можно приворожить не только живого, но и мертвого. Причем приворот покойника был не таким уж редким в старые времена. Это называлось вдовьим самоубийством.
По затылку пробегают мурашки. В ушах поднимается пульсирующий гул, и никак не понять, приближающиеся шаги это или просто стук сердца.
— Почему самоубийством? — спрашиваю.
— Ну, таким ритуалом пользовались девушки, которые не могли смириться со смертью любимого. Если сделать приворот на мертвого, он придет на закате второго дня и заберет приворожившую к себе, чтобы быть вместе на том свете до скончания времен.
Прижимая телефон к уху окаменевшей рукой, я гляжу на фотку Александра. Теперь его улыбка кажется издевательской, а глаза жадными и злыми.
— Ты там? — зовет Лена, не дождавшись ответа.
— Ага, — выдыхаю. — А дальше что?
— В смысле дальше?
— Ну, ты нашла, как это отменить?
— Я и не искала. Зачем?
Вскакиваю на ноги, шипя в трубку:
— Затем, что я не хочу гнить на том свете до скончания времен с каким-то непонятным мужиком!
— Да успокойся ты, блин! Это же сказки дурацкие, бредни для идиотов.
— Я сегодня проснулась на кладбище в другом конце города рядом с могилой чувака, которого нечаянно приворожила! Это тоже бредни?
Ленка мямлит:
— Ну не знаю. Это все слишком странно, и я как-то не…
— Не веришь, да?
— Ну не прям не верю. Просто это можно же как-то объяснить, а ты сразу в крайности какие-то, зацепилась за этот ритуал. Всё к нему сводишь. Нельзя так сразу сходить с ума.
Если бы родителей не было дома, я бы орала до хрипа.
— Сама найду, — цежу сквозь стиснутые зубы, из последних сил сохраняя остатки самообладания. — Скинь мне все эти сайты и пошла нахер, поняла?
***
Из-за бесконечно трясущихся рук и невозможности сконцентрироваться на простейших вещах у меня не получается найти что-нибудь вразумительное по Ленкиным ссылкам. В конце концов, наблуждавшись по эзотерическим порталам с вырвиглазным дизайном, я проваливаюсь в тревожный сон, и там ко мне тут же тянутся чужие ладони. Шероховатые пальцы перебирают пряди волос и ползают по груди, слабое дыхание холодит уши. Едва уловимый шепот складывается в слова, но их не разобрать из-за бесконечно нарастающего звука шагов. Я будто стою в центре пустого зала, и кто-то приближается по спирали, утаптывая босыми ступнями мягкую землю.