– И что, там учат колдовать? – скептично спросила она. – Как в «Гарри Поттере» и подобных историях?
– Нет, – Кира засмеялась. У нее был приятный смех и красивый тембр. – Твой дедушка хотел, чтобы детишки разных семей подружились и прошли нечто вроде обряда инициации, как делали в древности, отправляя подростков в лес.
– Слышала, в этом году приедут Романовы, – сказала Полина, поглощая третье мороженое и запивая крепким кофе.
– Да, они уже приехали, – хмыкнула Кира.
Великолепно! Наверное, однофамильцы. Не может же быть, что еще одни враги их семьи оказались тут? Кира отличная девушка, про Романовых же, с удовольствием проклинающих Захаровых, такого сказать нельзя. Но надежда, как говорится, умирает последней.
Дом встретил Ксюшу следующим:
– Ксения, – Эдуард Петрович редко называл дочь так официально. – Ты и Константин через неделю отправляетесь в Покровскую школу.
Это же шутка, да? Но никто не смеялся.
– Я слышу о дедушкиной школе второй раз за день, – разозлилась девушка. – Интересно, почему вы все решили сами?
– Потому что это не каприз, – поддержала отца Ольга Аркадьевна.
– Только потому что какая-то семья в Москве вовремя не отключила холодильник, мы должны опять убегать? – мрачно выкрикнул Костя из соседней комнаты. Его специально там закрыли, дабы не сделал ноги. Ксюша отметила четыре удерживающие руны на косяке.
– Не смешно, Константин! – гаркнул отец. Стены содрогнулись. – Жизни людей не игрушки. И это происходит не только в Москве. Подобные случае происходят по всему миру. Даже в Африке.
– Тогда зачем нам прятаться в дедушкиной школе? – Ксюша не видела связи.
– Мы будем готовиться к худшему здесь, – уже спокойнее произнес Эдуард Петрович, – а вы там повзрослеете.
– То есть не будем путаться под ногами! – сделал вывод Костя.
– Все, закрыли тему. Мои решения не обсуждаются. Пока я глава семьи, ты будешь подчиняться, Константин.
Вот и поговорили.
****
Катерина повернула ключ в замке, вошла в квартиру. Скинув туфли, устало опустилась на тумбочку. Взглянула на наручные часы – половина первого ночи. Ноги гудели, голова раскалывалась. Зачем она решила устроиться в ресторан? В зале для курящих все утопало в дыме. Но зато хорошо платят, пусть эта работа только на лето. Через пять дней начинается учеба, нужно найти место, где можно подрабатывать.
Девушка закрыла глаза и прислонилась спиной к стене. Недавно возвращаясь от Марины, Катерина увидела, что в «Лавку чародейки» требуются работники. Она все-таки зашла снова и купила то зелье влюбленности. Марина в таком в восторге! Но использует с трепетом. А Олегу сбор от простуды и правда помог. Неужели настоящее волшебство? Конечно, нет. Наверное, утренняя таблетка подействовала, да эффект плацебо.
Медленно поднявшись, Катерина побрела в кухню. После целого дня беготни и «Соловьева то, Соловьева се» хотелось выпить море.
В раковине ее ждала гора посуды. На столе куча пустых бутылок из-под алкоголя. В холодильнике пусто, за исключением остатков майонеза, головки чеснока и оливкового масла. На холодильнике висела записка от матери, что она уехала на дачу, не желая видеть очередной запой отца. У Катерины ослабли колени, и она плюхнулась на грязный пол. Уборку неделю не делали.
Когда их теплая и дружная семья стала разваливаться? В прошлом году, после того, как отца за чужую ошибку выгнали с работы? Или раньше? Или потому что мама пропадала в командировках, не занимаясь ни домом, ни дочерью? Теперь все висело на шее Катерины.
Телефон мигнул и завибрировал – пришло сообщение.
«Привет! – писал Олег. – Вчера я сходил в тот магазин, меня взяли на работу! Поздравь меня!»
Все это сопровождалось кучей смайлов и парочкой стикеров. Никогда не понимала у Головина этой девчачьей привычки к эмодзи. Теперь она просто обязана тоже попробовать устроиться туда. Раз уж друг не испугался. Хотя что там страшного? Подумаешь, оккультные штуки! Деньги должны волновать ее в первую очередь.
По полу зашаркали тапки.
– Катенька, ты вернулась? – в проеме показался отец. Его высокая, будто фонарный столб, фигура раскачивалась из стороны в сторону. Под глазами темнели мешки, лицо покраснело, алкогольные пары окутывали, точно саван. Он глупо улыбнулся. И этот человек был главным архитектором города, знал губернатора и делал прекрасные проекты. Катерину съедало чувство стыда и вины за это. Она не хотела с ним разговаривать. Когда отец последний был трезв?