Аркадий Васильевич внешне очень походил на Чехова, только с белоснежной бородой и усами, винным оттенком радужки и без пенсне. Он раскинул руки в приглашающих объятиях. Ксюша в них с удовольствием упала. Костя же завис, вопросительно глядя на дорогу за спиной деда.
– Столько секретов, чтобы мы приехали на прогулку? – иронично спросил он.
– Не злись, Костик, – Аркадий Васильевич улыбался. Парень поморщился. Не любил телячьих нежностей. На самом деле немного стеснялся. – Школа находится здесь. Вы все поймете, – добавил он.
И правда, стоило пересечь шлагбаум мир изменился. Прохожие, мамочки с колясками, велосипедисты и шашлычники стерлись. Нет, дорога осталась такой же – протоптанной ровной землей, с мелкими камешками, палочками и листочками повсюду. Деревья перешептывались, распространялся упоительный запах вековых елей, будто город никогда не существовал. В темном ельнике что-то бесшумно передвигалось, присматривалось, оценивало.
– Ого! – Ксюша вдыхала полной грудью, чувствуя знакомые эманации духов. Лес просто кишел ими! А как еще назвать нечто столь древнее и пугающее?
– Как тебе это удалось? – спросил Костя, тоже впечатленный.
– Ну, не только мне, – Аркадий Васильевич пожал плечами. Кажется, не видел ничего необычного в своей работе. – Валентин Георгиевич и еще несколько колдунов помогали. – Они медленно двинулись вперед. – Наш новый проект по сохранению природы, наследия и обучения молодняка. Больше всего расстраивает отношение людей. А уж духи в каком были гневе! Мы вовремя поспели, они собирались мстить.
Ксюша даже не догадывалась об их дружбе с Путиловым. Хотя он ведь ректор МГУ и довольно старый колдун, так что ничего удивительного.
– Но я читала, что тут все постройки в ужаснейшем состоянии, – Ксюша постоянно оглядывалась, ощущая чужой взгляд на спине. После приезда и подачи документов у нее было время изучить информацию о парках и пригородах. Кое-куда даже удалось съездить. В музеи собирались начать ходить с сентября, когда большинство туристов разъедутся, а они обустроятся. Получится ли теперь?
Да и вообще удастся ли ей нормально учиться? Медицинский – это не библиотечный. Первый восторг несколько поубавился. С этой стороны ситуацию никто из них не рассматривал. Почему нужно терять время и идти в Покровскую школу? Больше всего Ксюша не хотела расстраивать деда с матерью, а отца просто сложно ослушаться. Все-таки в их семье патриархат, и именно он принимает решения.
– Так и было. Мы все привели в изначальный вид, а людям отвели глаза. Для них ничего не поменялось, потому что им нравится видеть то, что хочется. Мозг ищет иллюзии и подтверждает их, как любит выражаться Анатолий Карлович. Давайте поторопимся. Вам еще с ребятами знакомиться.
Анатолий Карлович Выготский был ректором СПбГУ, дружил с Аркадием Васильевич с малых лет, а должность получил недавно и раньше крутился в ученых колдовских кругах. Но Ксюша и Костя знали его с детства, когда они с дедом приезжали в гости. Любовь Фридриховна попила много крови у обоих. Деду долгое время не давала развод (в волшебном сообществе с этим еще больше юридических проблем), а второму ставила палки в колеса и за человека не считала.
Вскоре они добрались до Желтой дачи – деревянного особняка Месмахера, будто построенного вчера. Казалось, запах лака до сих витает в воздухе. В ухоженном дворе, хотя в реальном мире там тихий ужас, росли плодовые деревья, имелась скамейка, а трава манила по ней пройтись.
– Здесь будете жить вы со старшей группой, – сказал Аркадий Васильевич, открывая калитку.
– Старшей группой? – переспросил Костя.
– Я все объясню внутри.
На первом этаже вместе с Алиной Евгеньевной обнаружились такие же ссыльные. Тоненькая, с длинной темно-каштановой косой, она казалась хрупкой. У нее были фиалковые, как и рисунок на руках, глаза, маленькая родинка над верхней губой. Жена дедушки выглядела не старше присутствующих здесь пятнадцати ребят. Но Алина ведь ведьма, а по ним не понять истинный возраст. Впрочем, Ксюша знала, что та младше дедушки на двадцать лет.