– Как давно ты здесь? – Ксюша с наслаждением промочила горло.
– Не помню, – он пожал плечами. – Очевидно, очень давно, если судить по твоему рассказу. Но для меня время пролетело в один миг, ведь все это время я спал. По крайней мере, так оно выглядело.
– Ужасно.
– Ты приносишь жизнь, – пробормотал суженый, глядя на воду. – До твоего прихода реку сковывал толстый слой льда. Здесь повсюду был снег.
– Где мы, вообще? – спросила Ксюша. Города, в котором она была в прошлый раз, не наблюдалось.
– На границе. За рекой ничего нет. Только бесконечная вода.
– А отсюда нельзя уйти? – с надеждой поинтересовалась девушка. Провести вечность в одном месте, что никогда не меняется, показалось ей очень жестоким.
– Не знаю. Я сомневаюсь. Ты хочешь подсказку, Ксения? – резко сменил тему собеседник. – О том, кто я?
– Да, хочу.
– Когда только родился мир и Ряба снесла яйцо-Солнце, – начал он, – жил да был бог, которому наказали собирать души умерших. Люди считали его злым, ведь он разил стужей и лютым холодом. Они приносили ему жертвы, дабы задобрить. Никто не хотел внезапно умереть в молодом возрасте. У бога имелся длинный серебряный жезл, могущественный, спрятанный в нескольких животных: медведе, ястребе и белухе. Однако однажды бог вышел из повиновения – жизней сокращалось больше, холод становился нестерпимее, лед отбирал клочок земли за клочком. Люди, спасая жизни, бежали на юг, где ходили слухи о другом, теплом и жарком божестве. И он принял их, укрыл в лесах, дал пищу и, главное, смог топить лед, чего ранее никогда не было. Люди ликовали. Боевой дух возрос, они желали дать отпор.
Суженый замолчал. Ксюша никогда не страдала от плохого воображения. В голове появлялись жуткие образы. Мужчина продолжил рассказ:
– Никто из них не понимал, что из яйца родилась двойственность, что вещи не делятся на два цвета. Чтобы победить злого бога, необходимо завладеть жезлом. Бог ни жив, ни мертв. Стоит оборвать нить с жезлом и животными, он окончательно уйдет. Нужно прокрутить колесо времен в обратном направлении.
– Он умер? – в горле у Ксюши снова стало сухо.
– Возможно. Новый бог победил противника его же оружием.
Теперь они молчали вместе. Черныш до этого тихо спавший, издавал заунывные поскуливания, будто тоже слушал и переживал.
– Какие у тебя интересные узоры, – заметил суженый, повернувшись к печальной девушке. Ксюшу тронула история до глубины души. Значит, он божество. В животе у нее резко похолодело. И ей это напророчили Доля и Рок? Разве обычная ведьма восемнадцати лет подходит такому, как он?
– Они появились благодаря нашим встречам, – произнесла Ксюша, не зная, что делать.
Он взял ее руку и поднес к своей щеке. Его кожа была теплой. Неожиданно, после того жуткого рассказа. Ксюша положила вторую руку на другую щеку. Теперь они сидели практически вплотную.
– Что чувствовал бог, выполняя работу? – спросила она тихо.
– Ничего. – Последовал такой же тихий ответ. – Лед не дышит, не живет и не чувствует. А, следовательно, не любит и не ненавидит. Его реальность не менялась, и он считал это нормальным.
– Как больно так жить.
– Нет, потому что боль тоже не чувствуешь.
Слезы скатились из глаз Ксюши, и горячий поцелуй обжег губы. Первый сладкий поцелуй в ее молодой жизни. Узор на теле засветился и как будто закрепился. За первым поцелуем последовал второй, третий… Ее лицо с нежностью выцеловывали. Жадно, словно он желал продлить мгновение как можно дольше.
– В следующий раз назови мое имя, Ксения, – услышала девушка перед тем, как исчезнуть и очнуться в библиотеке.
****
В дни молодости Любовь Фридриховна неплохо вертела мужчинами, умела подобрать правильные слова для соперниц и дать отпор недоброжелателям. Однако эти времена бесследно прошли. Старая ведьма растеряла большую часть Сил, ее уверенность поубавилась. Остались только раздутое эго и опасение за собственную жизнь.
Игорь Романов сдержал слово, и женщина приехала в Петербург. Ей даже удалось попасть на прием по поводу взаимного сотрудничества двух семей. Не сказать, будто старики из Высокого совета были рады видеть Любовь Фридриховну. У многих из них имелись претензии.