Лавочка пиналась ощутимо. При желании можно получить не только ушиб, но и перелом. Однако колдуны не из теста сделаны и ко многому привыкли. Кирилл ждал, пока противники поднимутся. На самом деле он хотел выпустить пар и встряхнуть их. И потом, что так не способствует крепкой мужской дружбе, как старый-добрый кулак?
Коля опустил посох и сделал им дугообразное движение. Струя огня понеслась к Попову.
– Ой, извини! – испугался Кравченко. Попов не растерялся, водное заклинание неплохо гасило встречное волшебство.
Кирилл чувствовал, при желании, его посох возникнет в руке. Но сейчас разбираться в его пользовании не было времени. Парни тяжело справлялись с контролем, точно первый раз сели играть в игры или за руль автомобиля. Попов решил полагаться на заклинания, которые не сбоили. Логично, ведь составители справочников долго тестировали их в научно-магических институтах (тоже стащили фишку у людей).
Артем снова стукнул посохом о землю, перед этим закрыв глаза и представляя, что хочет сделать. По земле поползли корни и обхватили ноги противника. Кирилл попытался шевельнуться, но корни держали крепко, точно кандалы. Помнится, он бывал в Музее пыток и пытался представить, что люди чувствовали, когда издевались друг над другом. Им еще достался такой забавный экскурсовод, с таким удовольствием рассказывал, будто кулинар об изысканном блюде. Что ж, теперь Попов несколько прояснил для себя этот вопрос.
Однако волшебство Артема оказалось нестабильным, раз огненного заклинания хватило, дабы избавиться от корней. Кирилл досадливо цыкнул. Стоит ли ответить им чем-то посерьезнее? И почему бы им просто не начать отбиваться заклинаниями? По Птичкину видно, что он не просто ботан, а фанатичный ботан, способный не только прочитать книгу, но и слопать ее для лучшего усвоения информации. Поэтому, скорее всего, более способный, чем Кирилл. Впрочем, Попов тут же ответил себе: в глазах Артема горел исследовательский интерес. Он вполне доволен возможностью протестировать посох.
Кирилл вздохнул. Мир полон безумцев. Он произнес заклинание, и на Птичкина понесся град камней. Что ж, успевай отбиваться. Артем отпрыгнул в сторону, стараясь выпускать из посоха сгустки Силы и разбивать летящие в него каменья. Забавно, но Коля вспомнил, что сражается не один, и вновь взмахнул посохом. В Кирилла понеслась новая огненная волна. Однако Кравченко останавливаться не планировал. Он, как в прошлый раз в лесу, начал раскручиваться, впадая в транс.
Кирилл остудил огонь, и к нему тут же потянулись очередные ветки и травы от Артема. У Попова в голове промелькнула мысль. Неужели способы применения Силы через посох ограничены? Но если верить словам Деда Лесовика, они и погодой могли управлять, и природой, и духами. Возможно, им не хватает ни разума, ни опыта.
И Артем, и Кирилл не заметили очередного веселья от Коли. От его транса огонь разошелся и заполонил все пространство: дом, двор, деревья, траву. Пламя танцевало, кружило и вызывало опасения. Пусть пока оно не обжигало, но кто знает, что случится?
– И кто из нас спятил? – тяжело дыша, спросил Кирилл. – Ты снова это сделал! Сожжешь здесь все, где мы будем жить? Под кустом?
– Если ты забыл, – возмутился Коля, – ты первый начал!
Как по-взрослому. Еще бы пальцем показал! Кирилл мысленно сплюнул.
– Вы сами захотели, – парировал Попов. – Разве тренировка была плоха? И ты ее испортил своим огненным представлением.
– Тренировки не проводят вблизи жилых помещений, – авторитетно заявил Артем. Его колдовство исчезло.
– Спасибо, Кэп, – поморщился Кирилл. – А теперь убери свою пиротехнику!
Он представлял, какой визг поднимется, если их увидит какой-нибудь дух или Покровский. Последний, конечно, редко появляется в старшей группе, но все же. Однако Кравченко не успел.
– Что здесь происходит?
Ребята вернулись с пикника. Довольные, веселые, с одеждой в руках. Естественно, Стас тут же принялся строить из себя главного.