Иванна подошла к открытому окну и выглянула наружу. Где-то там шумел большой оживленный город, носились трамваи и автобусы, гудели пароходы, ревели клаксоны тысяч автомобилей, гомонила многоголосая толпа – но здесь, в старейшем квартале города, прозванном «Прошлым веком», царила благословенная, почти лесная тишина: трепетала на ветру листва, переговаривались птицы, тихо стрекотали в густой зелени неумолчные кузнечики. Иванна смежила веки и подставила лицо солнечным лучам, отпуская негативные мысли и наслаждаясь покоем.
– Будь я художником, я бы написал с вас картину, – раздался знакомый голос.
3
Иванна потрясенно распахнула глаза – и обнаружила стоящего по ту сторону окна Валерия.
Суженый ласково улыбался, очаровывая мир ямочками на щеках. На миг Иванна тоже очаровалась, – ох, хорош мужчина! – но уже в следующее мгновение взяла себя в руки.
– Что вы здесь делаете? – спросила сурово, а у самой в голове: быть отвороту!
– Пришел спросить, – не смутился холодным приемом Валерий, – отдохнули ли ваши карты?
Иванна вспомнила нелепую отговорку, которой воспользовалась накануне, чтобы спровадить нежеланного клиента, и даже почувствовала угрызения совести: нечасто ей приходилось лгать. Однако выбора у нее не было: чтобы отвадить суженого от своего порога, она воспользуется любыми средствами.
– Нет, – нахмурилась она, – в ближайшие дни расклады не делаю. Всего доброго.
Она задернула штору прямо под самым носом мужчины – тот во время разговора подошел к окну совсем близко и стоял прямо напротив, весь такой красивый и… неважно, – сердито уставилась сквозь ткань на стоящий за ней силуэт. Силуэт озадаченно постоял на месте, а затем ушел. Не успела Иванна вздохнуть с облегчением, как колокольчики на двери дали понять, что силуэт просто переместился с улицы в помещение.
В ее помещение.
– Закрыто, – скрестив руки на груди, встретила она мужчину.
– А на табличке указано, что открыто, – Валерий махнул рукой на дверь, на которой и в самом деле висела компрометирующая ее надпись.
Иванна заскрипела зубами. Вот ведь… настырный! Неужели не видит, что ему здесь совсем не рады?
Она уже собиралась демонстративно пройти к двери и перевернуть табличку, как дверь открылась сама. Пришла Алевтина Семеновна.
– Доброе утро, дорогая, – поздоровалась старушка и с интересом взглянула на Валерия, – у тебя гости? Надеюсь, я вам не помешала?
– Ну что вы, вовсе нет – он уже уходит. Чаю?
Суженый моргнул. Алевтина Семеновна пристроилась на стуле.
– Как жаль, – с явным сожалением сказала она, – нечасто встретишь в нашем районе таких красавцев. Да, благодарю, только слабый, ты ведь знаешь, от крепкого у меня сносит крышу.
Иванна хмыкнула: о приезде к Алевтине Семеновне внуков она узнавала по такому вот сленгу.
– Заварю вам с мелиссой, – улыбнулась она и, проходя мимо Валерия, на ходу бросила, – выход там.
– А знаете, – вдруг заявил суженый, – я обожаю чай с мелиссой. Мне тоже чашечку, благодарю. Меня, кстати, зовут Валерий.
Пока Иванна стояла, опешив от удивления, суженый с самым обаятельным выражением на лице уже подкатывал к кружевнице.
– Алевтина Семеновна, – кружевница с достоинством протянула ему сухонькую ручку и, когда Валерий коснулся ее кожи своими губами, повернула голову к Иванне и довольно сообщила, – а он мне нравится. Прошу, присоединяйтесь.
– Слышали? – лукаво спросил хозяйку салона незваный посетитель. – Я ей нравлюсь, – и, не дожидаясь ответной реплики, устроился рядом с Алевтиной Семеновной.
«Сглажу», сделала себе мысленную зарубку Иванна и, убедившись, что суженый прочно приклеился к стулу и в ближайшее время отлипать не собирается, неохотно достала заварочный чайник.
4
– Что же вы делаете в нашем районе, Валерий? – поинтересовалась у мужчины старушка.
– Присматриваю помещение, – последовал ответ, – собираюсь открыть в вашем квартале антикварную лавку.
Чашки в руках Иванны жалобно звякнули, но она даже не обратила на это внимание.
Как это, открыть антикварную лавку в «Прошлом веке»?
– О, значит, мы можем рассчитывать на то, что в скором времени вы также станете частью нашего дружного коллектива?