— Как-то провалить экзамены не хочется.
— Ну подумаешь, провалим, главное что не отчислят. — добавила мне Минар.
— Ты издеваешься?! Еще одного такого же первого курса я не выдержу. У меня уже задница болит от такого количества приключений. — улыбнулась я.
Про сон с Эвергоном, я девочкам говорить не стала. Не знаю почему, но мне хотелось оставить это личным.
Первая половина марта пролетела незаметно, кроме уроков по боевке.
Я сначала надеялась подтвердить, что это было на самом деле, а не сон. Но видя, как он ко мне относится, поняла, что в ту ночь мой мозг был не просто больным, у него был рецидив с осложнением.
Хоть директор и обещал, что Эвергон начнет преподавать только со следующего года, что-то пошло не так. На эти уроки я ходила как на каторгу. Примерно недели через полторы после выписки, мне разрешили посещать практические занятия по боевке и тренировки.
Боевка проходила на седьмой арене, и, зайдя туда с ребятами, в одно из занятий, мы сразу смолкли. Эвергон прижимая к стене девушку, целовал ее очень страстно. Меня как водой холодной окатили, я просто не смогла сдержаться.
— И долго вы тут будете развлекаться пернатый сударь? Или это сегодняшняя тема практических занятий? — Эвергон оторвался от девушки, в которой я узнала выпускницу с курса зельеваров. И медленно так направился в нашу сторону.
— Курсант Лекса, вы правы и можете приступать выполнять то, что сейчас мы вам так любезно продемонстрировали. — сказал глядя мне в глаза профессор, и стоя очень близко ко мне, что мне пришлось задрать голову для того чтоб ответить.
— Даже так? Ну ладно. — и пожав плечами я схватила за руку Радбира и дернув на себя впилась в его губы поцелуем, успев только шепнуть «прости».
Радбир ответил на поцелуй, но по его взгляду, который случайно поймала, я поняла, что мне еще предстоит объясниться.
— Не плохо, курсанты. — прозвенел ледяной голос Эвергона над нашими головами. — Но вам не хватает практики.
Меня удивил ответ Радбира.
— Ничего, у нас достаточно времени чтоб научится этому искусству. — и так страстно на меня посмотрел, что я почти поверила.
Мне показалось или Эвергон пришел в ярость?
К концу занятий я поняла — не показалось. Сегодня мы моделировали в своих руках небольшие шарики наших стихий, шепча в них заклинание удара. Сконцентрироваться мне удалось только к середине занятия, когда нас поставили в пары и приказали оттачивать данный материал друг на друге. К концу занятия мы выползали из арены со стонами, ведь нам еще на тренировку к Аргидфону идти.
Из последних сил, выдержав тренировку у Аргидфона, я чуть не плача ползла на тренировку к Брэйду. Увидев нас в таком состоянии, профессор сжалился над нами и отменил занятие, выдав каждому по баночке его спасительной мази. Дойдя до комнат, мы попрощались и разошлись.
Зайдя к себе, я сразу направилась в душ. Раздевшись, я оценила урон принесенный моему телу и помывшись, намазалась мазью.
Когда вышла из ванной, обнаружила на кухне, за столом, попивая чаек всю нашу группу.
— Вы чего? Мы же вроде уже попрощались? — удивилась я.
— Мечтай дорогая. Либо ты объяснишь нам что между тобой и Эвергоном, либо я тебя больше не выручаю. — сказал Радбир и все на меня посмотрели.
— Так не понравилось?
— Лекса, с темы не съезжай. — укоризненно сказала Минар.
Пришлось напомнить про бал, нашу встречу в палате они видели, и рассказала про сон. Потом я замолчала.
— Я думаю что это был не сон. — задумчиво протянул Азимут.
— С чего бы?
— У меня дар ментальный, поэтому я почувствовал, что у Аргидфона такой же. Дар Эвергона с этим связан. Не скажу что такой же как у меня, но отголосок ментальности все же есть. Может он, просто стирает четкие грани реальности, чтоб ты думала, что тебе это снится. Ведь, на сколько я слышал, у него есть невеста.
— Откуда знаешь про невесту?
— У моего родственничка, от которого я так благополучно сбежал, есть лавка, где торгуют артефактами. Он меня поставил туда работать, Дак вот однажды я продавал красивый и безумно дорогой артефакт одному демону, он еще с гордостью так заявлял, что покупает его своей дочери, которая скоро станет законной парой Эвергона.
— Вот! Же! Черт! — и так на моей душеньке паршиво стало, что я отвернулась от ребят.
— Но зачем он тогда Лексу мучает? — удивился Радбир.
— Вот этого я не знаю.
Мы опять замолчали, а я полезла за второй банкой малинового варенья.
— Эх, напиться бы сейчас. — протянула я.
— Что-то мне подсказывает что наша рыженькая ему не безразлична, и поэтому у меня есть план. — сказала Дорфа, я же открыла рот чтоб возразить. — Не спрашивайте, все равно не отвечу, так надо. Но план таков. Лекса тебе придется закрутить роман с Радбиром, с Азимутом, с Боргажем.