Фух… мысленно проорался, и, кажется, полегчало.
Статуэтку я, кстати, еще и не видел — не вытаскивал из мешка, в котором она очутилась. Но упомянутую в достижении надпись помню: «Трудное было время…». Это уж точно. Лучше не скажешь. Только пока надо переиначить на следующее: «Время сейчас трудное…».
Что тут еще есть?
Мокрые и облезлые птичьи перья — штук сорок, не меньше. Причем все разные и разноцветные. Тут птичник, что ли, неподалеку? Наспех выбрав несколько самых хороших, убрал их в мешок — у меня писчие перья еще есть, но запас карман не тянет. Еще перья могли бы подойти для оперения стрел, но с этим трудности — не из чего сделать древко, да и лука нет в наличии.
Две пустые склянки. Судя по размерам — из-под алхимических зелий. Раньше в них булькала либо мана, либо жизнь. Кто-то выпил. Мог бы и не допить чуток, оставить для нуждающихся… В мешок. Вдруг пригодятся. Да и вес у них совсем небольшой.
Бутылка из темного стекла. Длинное горлышко плотно, но небрежно заткнуто пробкой. Внутри что-то плещется. Со звучным чмоканьем я выдернул пробку. Запахло вином. С шумом принюхавшись, я вгляделся в бутылку и прочел следующее: «наполовину пустая бутылка с красным вином». Ниже пояснение: «Молодое вино эльфийских лугов, два месяца выдержки».
Что ж, для кого-то «наполовину пустая», а для меня «наполовину полная». В мешок.
И все.
На этом сокровища закончились, если только не принимать за таковые мелкие клочки растительности, листья и прочие подобные ошметки. Не поленившись, я все это собрал в пригоршни и отправил в костер, продлив его жизнь на несколько минут. В моей ситуации правильное использование доступных ресурсов и тотальная экономия — ключ к успеху. Надо использовать все, что возможно. И даже то, что нельзя.
Остальные еще не отправившиеся в костер дрова я собрал в мешок, дико радуясь послаблениям игровой системы. Мешок постепенно наполнялся. Чего у меня там только не было. Думаю, такого неразборчивого хомяка в Вальдире еще не появлялось. Хотя нет — наверняка были. Особенно те, кто поставил себе цель разбогатеть. Такие гребут все подряд.
Две небольшие и толстые ветки я оставил у костра — специально. У меня осталось здесь еще два незаконченных дела.
Подойдя к трупу, я взял его за ноги и, мягко вытащив тело из ручья, подтащил к костру. Мародерство — вот что я оставил предпоследним пунктом в своей программе. Кожаные лохмотья штанов — оценив их, я хмыкнул и убрал в мешок. Штаны на пятый уровень. И слишком рваные. Но из осторожного замечания системы следовало, что их можно попытаться починить. Вместо рубахи — клочки ткани. От куртки вообще почти ничего не осталось. Зато висящий на высохшем тазе широкий кожаный ремень меня порадовал — он был практически цел, стачан из прочной коровьей шкуры, только массивная железная пряжка подернулась ржой, которую я тут же счистил куском от снятой с трупа рубашки.
После внимательного изучения я мгновенно нацепил ремень себе на пояс, так как он не имел уровневых ограничений. Хоть немного срам прикрыл. А что? Подгузник, крестьянская безрукавка и широкий ремень из коровьей шкуры. Чем не первый парень на деревне? А если еще и штаны починить ухитрюсь, то вообще записным щеголем стану.
Труп, между прочим, отвращения не вызывал. Ни крови, ни запаха, ни червей или еще чего-нибудь столь же ужасного. Ссохшиеся остатки плоти выглядели чистыми и даже аккуратными — добавить бинтов, и получится довольно милая мумия. Сколько я не рылся, больше ничего полезного на теле неизвестного погибшего не нашел. Ни денег, ни записки, ни оружия. И сапог не было — не босиком же он шлялся по катакомбам?
Вывод напрашивался сам собой — в момент смерти этот бедолага был не один. И едва он умер, как его спутник обобрал тело, оставив только одежду, но забрав обувь. А может, не только обобрал, но и помог несчастному умереть. Потому как никто не оставил бы тело друга в такой нелепой и удручающей позе — поперек ручья и в стылой воде. Впрочем, здесь могло случиться что угодно. И труп мог обобрать кто угодно. Бессмысленно гадать на кофейной гуще… черт, мне бы кофе выпить, горячего… Позже. Когда выберусь из своего навороченного игрового кокона.
И еще кое-что — этот труп здесь неспроста. Потому как в Вальдире мертвецов либо вообще нет, либо они служат декорацией чего-то интересного, в котором наличие мертвого тела просто обязательный элемент жанра, так сказать. То есть ходячий мертвец-зомби — это нормально, а вот простой смирный покойник почетом не пользуется. И посему зарубку в памяти я себе сделал глубокую. И во встроенный блокнот записал это событие.