— Я сама недавно узнала, что мы все еще женаты. Была уверена, что развод состоялся, он зафиксирован. Оказывается, что в ЗАГСе в тот день был какой-то сбой, такое бывает, и мы оказались не разведены. Мой юрист собирал документы для переезда, и обнаружил, что я все еще замужем.
— Юрист? — глаза его полыхают, брови на секунду взлетают чуть выше.
— Мхммм… Юрист.
— Ага, не жених, значит.
Сжимаю губы плотнее. Да, не жених. У меня вообще романов-то толком не было все эти годы. А когда, позвольте спросить? Я работала, пахала как проклятая, землю зубами грызла, чтобы выбиться в люди, чтобы заработать копеечку. Мало спала, забывала есть, ходить по врачам. Самые серьезные отношения у меня были все это время с моим ноутбуком.
— Не переживай, он у меня тоже имеется, — вру и немного краснею.
Родионов проводит медленным, тягучим взглядом линию от моих губ до кончиков пальцев, едва заметно сглатывает, зависнув на пальцах, покрытых ярко-алым лаком. Кривит губу.
— Ну да, ну да.
Он резко вскидывает глаза и смотрит прямо, не моргая, выжигая между нами кислород:
— Ну, значит, твоему жениху придется подождать, пока ты не разведешься.
Мы находимся друг от друга довольно далеко, но мое тело начинает гореть под его взглядом. Сознание плавится, а веки начинают опускаться медленнее обычного.
Черт, я все еще помню, каким нежным и заботливым он был, как умел обнять, целовать, как смотрел на меня, когда мы с ним болтали обо всем на свете, строили планы, смеялись и обсуждали фильмы, кино, людей. Сердце щемит.
Теперь эта идея – прийти к нему на свадьбу в образе невесты и утереть ему нос уже не кажется такой блестящей. Я планировала эту акцию целую неделю, хихикая под нос как сумасшедшая, представляя, как будут беситься Родионовы всем своим кланом и родня невесты, тоже непростой барышни, между прочим. Но почему-то даже не думала о том, что встретиться с Русланом лицом к лицу будет так болезненно.
— Как и твоей невесте, — говорю тихо, но веско в полной, кромешной тишине.
— Лиля потерпит, — говорит, а глаза не меняются. — Она, в отличие от моей первой жены, понимающая и любящая.
Укол достигает цели – становится так больно, что перехватывает дыхание.
— Ну конечно, она же только вчера закончила школу, умеет слушаться команд, — намекаю на молодость его пассии.
Руслан резко встает, делает два шага вальяжно, расслабленно. И мне снова становится больно где-то в глубине моего маленького сердечка от того, что он приближается, такой красивый, такой близкий и одновременно такой далекий.
Он нависает надо мной – при моем маленьком росте это просто. Я боюсь сделать вдох, чтобы не ощутить его запах, чтобы он не стал для меня еще ближе, чем был.
— Я подаю в суд на расторжение брака, — когда-то эти самые слова растоптали меня, повергнув в самую пучину слез и безнадеги. Не думала, что услышу их снова. Причем от того же самого мужчины. — Нас должны будут развести задним числом. Не пропусти этот день.
— О нееет, — старательно улыбаюсь, хотя в душе все ноет. — Это будет праздник для меня. Шампанское открою!
Руслан фыркает и проходит к выходу, дергает ручку двери на себя, открывая ее.
— Я этим тоже займусь, но не один, а со своей невестой.
Родионов выходит, прикрывая за собой дверь, а я стекаю по стене, падая на прохладный пол.
Не ожидала, что встреча с прошлым, короткий разговор так вымотает, высосет все силы. Щеки горят, глаза влажнеют, в горле сохнет. Чертов Руслан. Чертова семейка Родионовых. Чертова его невеста.
«Клянусь любить тебя до конца своей жизни», — сказал он мне тогда, восемь лет назад, а сейчас собирался сказать эти же слова другой. Наверное, способность к такому вранью у мужчин на генном уровне зашиты…
Глава 4. Таинственный конкурент
— Ах ты щенок! — рявкает отец, ворвавшись ко мне в кабинет.
Поднимаю голову и смотрю на него покрасневшими глазами. Всю ночь не спал. Катался по городу и пытался выветрить из себя яд, который вновь пополз по венам, как только увидел ее. Нам с Душкой больше нельзя пересекаться. Я должен сделать все, чтобы наши пути разошлись как можно дальше.
— Щенок — ребёнок кобеля, если мне не изменяет память? — фыркаю с пренебрежением и откидываюсь на спинку кресла, чтобы максимально расслабиться.
— Что ты себе позволяешь? Как посмел сбежать со свадьбы и оставить невесту одну в таком состоянии? Эта истеричка мне весь мозг проела звонками и вопросами, куда ты подевался.