Ага. Такого прикопаешь, как же!
Вновь подняв руку и сжав ее в кулаке, хотела было постучать, да не успела. Дверь сама распахнулась, и на пороге меня встретил взлохмаченный маг. С оголенным торсом, с наполовину обработанной раной, с причудливым кулоном в виде небольшого кристалла, висевшим на тонкой цепочке на шее.
— Зайдешь или так и будешь тут стоять? — поинтересовался он вяло. К щекам прилил румянец, и я стыдливо отступила на шаг назад, стараясь сосредоточиться на чем-то помимо голого торса.
Как он вообще…
— Я чувствую твою магию, помнишь? — освежил он мне память в ответ на мой немой вопрос. — И торчишь ты тут уже достаточно давно.
Неудобно как-то вышло. Да и вообще не слишком-то прилично благовоспитанной девушке стучаться в покои мужчины. Зря пришла.
— Аль, — остановил меня Эльгон, не позволив резко развернуться и сбежать прочь. — Зачем ты пришла?
Набрав в легкие побольше воздуха, шумно выдохнула.
— Хотела… — пробормотала невнятно.
До сих пор не была уверена в правильности своего решения, но что-то делать все-таки было нужно, и причем незамедлительно. Хоть кому-то все же стоит поверить в этой ситуации. По крайней мере, нынешний Браниген не вынуждал меня открывать врата демона, не заставлял спасаться от бога смерти и практически не водил за нос. Сразу рассказал все, признался в самом страшном и темном пятне в своей биографии. Все-таки доверился мне. И теперь моя очередь сделать то же самое.
— Помочь тебе, — закончила свою мысль.
Эльгон, окинув меня задумчивым взглядом, отворил дверь пошире, пропуская внутрь. Поборов очередной приступ смущения, прошла вперед, и маг закрыл за нами замок, отрезая от внешнего мира.
— Папа сказал, вы готовитесь выступать завтра? — прозвучало даже не как вопрос, а как печальная констатация факта. — Точнее, уже сегодня, — глянув на незашторенное окно, заметила лучи пробуждающегося солнца.
Дождь перестал тарабанить по окнам и сливам, да и природа, пробуждающаяся ото сна, выглядела приветливо. Тем не менее, это не прогоняло из моего сердца тревогу и настороженность. Что все может обернуться не так, как кажется.
— Да, — подтвердил Эльгон, усаживаясь перед небольшим зеркалом на стул и оборачиваясь к нему спиной. Возвращаясь к обработке своей раны, отчего я ощутила очередной прилив стыдливости. Вечно я не вовремя.
— Я все-таки могла бы… — робко подошла чуть ближе, замирая в нерешительности в паре шагов от мужчины.
— Спасибо, Аль, — наложив чистую повязку, он посмотрел на меня. — Тебе правда лучше ко мне не привязываться.
Вспыхнув, закусила губу, а маг тем временем накинул на плечи черную рубашку.
— То есть сперва ты меня целуешь, а потом просишь не привязываться? — уточнила оскорбленно. Старалась говорить беззлобно, но не вышло, подобное заявление в любом случае затронуло мои чувства.
Эльгон, с печалью вздохнув, приблизился ко мне, в результате чего пришлось чуть приподнять голову.
— Это было ошибкой, — произнес он сухо, и от этого стало только больнее.
И я прекрасно понимала, что он делал это специально! И поэтому злилась только сильнее.
— Дурак! — не сдержалась.
Хотела было уйти и послать к демонам всю эту помощь. Пусть сам разбирается, раз такой умный, однако Эльгон, вопреки всем ожиданиям, крепко прижал меня к груди, целуя в макушку.
— Если ты хочешь помочь, — прошептал он в мои волосы, обжигая кожу дыханием, — нужно смириться с тем, что, возможно, тебе придется меня убить, Аль. А я не хочу, чтобы ты чувствовала угрызения совести. Или… еще что-либо…
Его голос прозвучал настолько надломлено, настолько болезненно, что сердце сжалось, готовое вот-вот разбиться вдребезги. Это неправильно, неверно! Должны быть другие варианты!
— Все может сложиться иначе. Если тобой завладеет проклятье…
— Не «если», Аль, — он отстранился, всматриваясь в мои глаза. — Когда. И если ты хочешь помочь и уберечь этот мир от меня, тебе лучше принять тот факт, что самый лучший вариант — убить меня.
Сдавив кулаки, постаралась подавить в себе очередной приступ паники и отчаяния.
— Расскажи мне все, — попросила, надеясь, что история хоть чем-то поможет мне. — Про Трагическую Войну, про своего наставника.
Эльгон, помолчав, кивнул.
— Я отвечу на любые твои вопросы, Аль, — пообещал он. — Самую страшную тайну я уже тебе доверил.