Дабы не проморгать очередное нападение, понимая, что пока Эльгону удается сместить бога обратно к своей клетке, сражаясь с кишащими тенями, я вновь всмотрелась в Делинда. Выглядел наглец весьма спокойным и чересчур самоуверенным. Словно задумал что-то недоброе, по глазам видела.
— Мой братец слишком наивен, — сообщил Делинд, сделав еще один шаг ближе.
Сконцентрировавшись, постаралась не подавать вида, что у меня тоже имеется кое-что на уме. — Ведь как бы он ни старался, какие бы силы не собрал за это время, — мужчина оказался достаточно близко, чтобы действовать, — в этот раз ему не победить!
Схватив за горло, он подтащил меня ближе. Я не сопротивлялась, позволяя ему почувствовать надо мной власть. Обмануться. Сдавила в кулаке артефакт, покоившийся на шее, ощутив его энергию, и свободной ладонью уперлась в грудь мага.
— Вскоре он сам начнет молить отца вернуть ему то, от чего так необдуманно отказался, — глаза Делинда сверкнули опасным пламенем. — Ведь у него появилась слабость.
Я же почувствовала, как легко и непринужденно перетекает энергия, как послушно поддается мне, без капризов и упорства, и заметила, как неожиданно сменился взгляд брата Эльгона. Он сдавил меня сильнее, перекрывая доступ кислорода, и жестко усмехнулся.
— Дурочка, ты думаешь, что можешь мне что-то противопоставить? — он отнял от своей груди мою ладонь, выворачивая руку. Заставляя вскрикнуть и выронить кулон под ноги.
Нет-нет-нет!
— Считаешь, я не в курсе о фокусах своего брата? — его глаза блеснули недобрым огоньком, отчего сердце неуверенно сжалось, пропуская удар.
Попытавшись оттолкнуть от себя Делинда, ударила его со всего размаху коленом в живот, отчего мужчина скрутился от неожиданной боли. Вырвалась, пытаясь убежать, но тут же вновь оказалась схваченной. Он резко развернул меня к себе, я даже не успела применить магию. Вцепилась в его пальцы обеими руками, силясь разжать хватку, извиваясь, как маленькая змейка, не в силах что-либо противопоставить, и, не заметив подвоха раньше, не успела среагировать, когда в свободной руке Делинда блеснуло лезвие кинжала.
— Он шел сюда, уверенный, что сможет победить, — острие легко и быстро пронзило кожу где-то в области под ребрами, и от невообразимой боли я не смогла даже вскрикнуть.
— Альилла, нет! — рыком прокатился по залу голос Эльгона, сопровождаемый жутким хохотом теней, клокочущих по углам.
— Что в случае провала ты его остановишь…
С губ сорвался легкий, едва слышный выдох. Я ощутила, как быстро взмокла одежда, неприятно прилипая к телу. Как теплая кровь заструилась вниз, обагряя ткань моего одеяния и капая на пол.
— Но вся ирония в том, что останавливать его уже будет некому, — Делинд плавно, даже с какой-то дикой, садистской заботой опустил меня на землю, продолжая всматриваться в мои растерянные глаза. — Поверь, он не успеет тебя спасти.
Ощущая свою полную беспомощность, я почувствовала, как задыхаюсь. Как слабость накрывает сознание, не позволяя концентрироваться на мыслях. Как катятся из глаз немые слезы, как на хрип срывается дыхание. Как жизнь капля за каплей вытекает из тела вместе с кровавой жидкостью.
— И, чтобы вернуть тебя, ему придется согласиться, — голос казался потусторонним, все вокруг смешалось. — Принять силу темного бога…
Я закрыла глаза, не в силах более сдерживать невероятную усталость. Так будет проще. Я снова всех подвела…
— Воскресить, чтобы вновь лишить жизни. В новом обличье.
От меня одни неприятности.
Сил держаться в сознании уже не осталось.
Возможно, мне действительно лучше уснуть?
Глава 16. В которой необходим новый план, и он у меня появляется
Говорят, в посмертии нет ничего. Ни тепла, ни холода. Ни страха, ни боли, ни любви. Никаких чувств, никаких звуков. Даже умиротворения нет. Нет дыхания, нет прикосновений, нет ритма. Одна сплошная пустота, одинокая, безвременная, бесконечная. И впервые за двадцать лет мне показалось, что так оно и есть. Что в мире не существует ничего, кроме этой тихой пустоты. Что мира не существует.
Пока внезапно не ворвался призрачный, блеклый свет, и ласковый шепот произнес:
«Теперь она твоя…».
Вдохнув так шумно, словно вынырнула из-под воды, я закашлялась, переворачиваясь на бок, охватываемая диким ужасом. Эмоции будто ударили по сознанию неожиданно, разом, не позволяя одуматься, распознать каждую, отделить от остальных. Глаза по-прежнему слезились, осознание того, что произошло, нахлынуло на меня настолько оглушительной волной, мысли сбились в кучу, что в пору было бы сойти от них с ума. Все одновременно, нетерпеливо, жаждая оказаться первыми.