Дамы переглянулись. Леди Суис нахмурила брови:
— Мари, я не смогу поехать с тобой, ты же знаешь, но в столице сейчас оставаться неразумно.
Девушка хотела кивнуть, но схватилась за виски тонкими пальцами:
— Я понимаю мама, — прошептала она.
Пока девушка лежала в постели, мать успела кое-что рассказать ей о передаче власти, о возможных волнениях в столице и попытках переворота, свидетельницей которых она была.
Леди Суис моментально приложила ладонь ко лбу дочери и завершила разговор:
— Думаю нам стоит все обсудить наедине. Лорд Виллард, вы можете идти. Мы сообщим о своем решении завтра после обеда, — она изящным движением спрятала клинок в корсет и мило улыбнулась: — мы вас не задерживаем.
Вид у мужчины был дикий. Он впервые смог кому-то рассказать все и это освободило его от тяжести страха, не дающей разумно мыслить. Он встал, пошатываясь, как пьяный, схватил руку тещи и коснулся ее поцелуем:
— Я благодарен вам, миледи, что бы вы не решили, вы уже сделали для меня очень много.
— Вам лучше выйти через дверь, милорд, в таком состоянии вы свалитесь с балкона сами, — любезно подсказала матушка Мари и фыркнула в след зятю.
— Слабоватые сейчас лорды, однако! Твой батюшка в подобной ситуации ушел через окно.
— Не упал? — слабо улыбнулась Мари.
— Ребра немного пострадали, но ничего смертельного, уже на следующий день танцевал на балу у ее высочества, — улыбаясь вспомнила леди Суис.
Конечно, на слово бывшая фрейлина зятю не поверила. Уложив дочь в постель, сменив компрессы дама энергично пошла по этажам. Маркиза, согласившаяся предоставить замок для проведения торжества, уже негодовала по поводу затяжного пребывания гостей, но Мари нельзя было перевозить, и знатная дама терпела и леди Суис, и новоиспеченную леди Виллард, и ее молодого супруга, и ежедневно являющегося тестя.
Матушка Мари нашла хозяйку дома в малой гостиной в компании парочки светских подружек. Дамы только что вернулись с благотворительного вечера и теперь попивая мадеру решали — ехать на бал в дом маркизы Ичстоун или провести вечер тихо. Леди Суис похвалила труды благотворительниц, посетовала на болезнь дочери и плавно перевела речь на фамильные безделушки:
— Помнится на прошлый благотворительный аукцион ее величество выставила чудную брошь с гнездом для портрета, — говорила она, ничуть не стесняясь того, что пользуется своими связями.
Жизнь и благополучие дочери стоили в ее глазах куда дороже. Некоторое время дам вспоминали интересные безделушки знатных фамилий, но затем переключились на финансы. Ввиду скорой смены правителя и постоянной суеты в придворных кругах, тема была актуальной. Леди Суис слушала крайне внимательно, делая вид, что помогает хозяйке дома разливать чай, а заодно, как губка, впитывая в себя информацию
Между тем дамы решили никуда не ехать, потому что в гостиную вошли мужчины, и скромный домашний прием превратился в приятный вечер. Леди Суис воспользовалась моментом и увлекла в сторону виконта Шеппарда:
— Ваша светлость! Простите за бестактный вопрос, я заметила у вашей матушки прелестный серебряный веер с гербом и хотела бы заказать подобный, не подскажете мастерскую?
— Боюсь такой заказ невозможен, леди, — виконт был сдержан и очень серьезен, — это фамильная вещица, изготовленная двести лет назад фирмой «Борх и Борх», сейчас они такие не делают, насколько я знаю.
— Какая жалость! — искренне пожалела леди.
То, что ей было нужно она услышала. «Борх и Борх» фирма по изготовлению изящных безделушек: тростей-пистолетов, тростей шпаг и прочих мужских игрушек. Последнее время они славились миниатюрными «дамскими» пистолетами, но двести лет назад вполне могли изготовить и арбалет. В виде веера.
Допив чай и выслушав последние сплетни бывшая фрейлина принцессы вернулась в комнату дочери весьма задумчивой. Мари не спала, сидела в кресле перебирая плоские черно-белые фишки для игры в триктрак. Увидев мать, девушка попыталась расшифровать выражение ее лица, но конечно не преуспела.
— Какие новости, мама?
— Веер существует, — задумчиво ответила леди Суис проверяя нет ли у дочери жара. — Леди Амброзия не зря так рвется в супруги Вилларду. Оказывается, муж заподозрил ее в измене и не оставил ей ничего кроме положенной по закону вдовьей доли, а учитывая майорат, леди получит сущие гроши. Мальчик, которого Виллард считает сыном, сможет жить только на подачки старшего брата, а если Шеппард женится, он точно попросит маменьку съехать во вдовий дом. Они не ладят уже лет семь.