Георгий Ильич — хирург, делавший Андрею операцию, оказался весьма впечатляющей фигурой. Крупный, как монумент, с густой тёмной шевелюрой, кое-где подёрнутой сединой, потрясающим профилем викинга и пронзительными чёрными глазами. Каждый жест доктора был настолько выразителен, что его руки мгновенно приковывали внимание.
Маша уже просветила нас, что этот человек — гений, и что нам очень повезло, что он оказался в городе. Потому что, по словам Маши, любые столичные и даже зарубежные клиники, почитают за честь, когда Георгий Ильич, авторские разработки которого широко известны в мировой нейрохирургии, принимает их приглашения и покидает родные пенаты, дабы поделиться своим бесценным опытом.
Когда мы вошли, доктор возлежал в глубоком кресле, прикрыв глаза и держа в своих уникальных пальцах сигару. На столе, распространяя дивный аромат, дымилась объёмная чашка кофе.
— Сонечка, — не открывая глаз, обратился он к сопровождавшей нас медсестре, — предложите и нашим гостям по чашечке.
О, какой тембр! Не голос, а ловушка! С лёгкой хрипотцой и глубокий, как океан.
Доктор открыл глаза и сделал приглашающий жест.
— Присаживайтесь, господа.
Сонечка достала из серванта три чашки, бесшумно выскользнула за дверь и через пару минут вернулась с большим подносом в руках. На столе появились вазочки с печеньем и конфетами, лимон и кофейник. Девушка наполнила чашки и так же тихо удалилась.
Мы напряжённо переглянулись, не рискуя задать вопрос.
— Великолепный кофе, рекомендую, — произнёс хозяин кабинета.
Олег с Машей послушно взяли чашки, я помедлила, но тоже решила, что отказываться неудобно, хотя сейчас мне было точно не до дегустаций.
Наконец Георгий Ильич отложил сигару и окинул нас орлиным взором.
— Ну что я могу сказать? Думаю, всё будет хорошо. Несмотря на тяжёлые травмы, операция прошла успешно.
«Господи, спасибо! Или кто там наверху, спасибо тебе!»
— Конечно, какое-то время пациент проведёт в реанимационном отделении, но уверен, жизнь мы ему сохранили, и чувствую, что он достаточно быстро пойдёт на поправку. Кто суеверный, можете постучать.
Маша действительно последовала совету: сплюнула и три раза постучала по дубовой поверхности стола, а мы с Олегом как-то неловко и вразнобой стали благодарить.
— Безусловно потребуется особый уход. Плюс кое-что надо будет заказать за границей. Но полагаю, при ваших возможностях, — в этом месте Георгий Ильич остановил взгляд на моём колье, стоимость которого не оставляла сомнений в нашей платёжеспособности, — не составит труда обеспечить всё необходимое.
— Конечно, доктор! — с готовностью кивнула я. — Вы, пожалуйста, говорите, что нужно, а о финансовой стороне не беспокойтесь. Мы сделаем всё, что потребуется.
— Отлично. Вот моя визитка, — Георгий Ильич протянул мне пластиковый прямоугольник, — звоните в любое время.
— Спасибо, — ещё раз поблагодарила я. — Скажите, а сегодня что-нибудь понадобится? Меня, кстати, Маргарита зовут.
Светоч отечественной медицины с минуту порассматривал меня, слегка наклонив голову на бок, улыбнулся.
— Жемчужина, значит? Очень приятно. Весьма удачно выбрано имя.
— Да никто не выбирал, — улыбнулась я в ответ, — вся семья — фанаты Булгакова, без шансов было.
— А получилось хорошо, — ещё шире улыбнулся он и, нажимая кнопку селектора, добавил: — Соня подготовит вам список.
Вот зачем он себе такой голос отрастил?! Мы с моим музыкальным слухом так очаровались, что чуть про всё на свете не забыли!
— Постойте, — поспешно сказала я, с трудом стряхивая с себя наваждение, — у меня ещё вопрос: я могу посетить Андрея?
Он снова принялся меня разглядывать, словно ответ зависел от того, понравится ему увиденное или нет, и лишь после этого кивнул:
— Недолго, и в моём присутствии.
А затем легко, будто и не было многочасовой операции, поднялся и попросил возникшую на пороге Сонечку дать мне халат.
— Будьте любезны, ещё один, — попросила я. — Видите ли, есть ещё одна дама, которой тоже нужно обязательно повидать Андрея, — пояснила я и почему-то покраснела.
— Хорошо, — согласился Георгий Ильич и помахал рукой, приглашая следовать за ним.
***
Олег сходил за Ольгой, и мы с ней благоговейно вошли в палату, где перед нами предстал Андрей, весь в бинтах и без сознания. Отовсюду тянулись какие-то трубки, что сильно усугубляло общее впечатление. Короче, вид у Андрюшки был жуткий, и он никак не походил на того, кто выживет… Меня обуял ужас.
Но доктор, взглянув на приборы, напротив, остался доволен и радостно обратился к сестре-сиделке: