Я тёрла себя мочалкой так ожесточённо, что кое-где остались синяки. Остервенело перекрывая воду, свернула кран. Затем, ставя на место крем, так долбанула керамической баночкой по зеркалу, что по нему тут же побежали трещины. Уронила флакон любимых духов, который разумеется разбился…
Я упала на кровать и зарыдала.
Понемногу ярость улеглась, уступив место уже привычной апатии. Ну что ж, это лучше, чем крушить всё вокруг…
«Может, правда замуж выйти?» — уныло думала я. Мысль о монастыре была погребена ещё во время душа, в той же корзине, что и платье. Ведьм не берут в монастырь, нечего им там делать.
Неплохим ходом было бы, конечно, за Сашку. А Димку пригласить в свидетели. И пусть невесту украдут и не найдут. Ни-ког-да. Смешно бы было…
Нет, за Сашку никак нельзя. Подло портить жизнь хорошему человеку. И Виктор, однозначно, герой положительный… Денис, слегка дурковат, но тоже, вроде, безобидный. Вот же беда — ни одной подходящей кандидатуры в округе…
Вот за Кирилла бы в самый раз. Судя по всему — редкостный гад. Портить жизнь такому было бы сплошным удовольствием. Но он под подозрением и возможно вот-вот в тюрьму отправится, а если и нет, всё равно он ещё не развёлся.
Ладно, никто меня в спину не толкает, посмотрим, как будут события развиваться…
Натянув майку, бриджи, шлёпки и бейсболку, я открыла дверь и прислушалась. Сашка говорил по телефону. По отдельным репликам было понятно, что с кем-то из сотрудников. Вот и хорошо, пусть лучше занимается своим производством, чем мной. А вообще, могли бы и дать отдохнуть человеку в отпуске!
Я махнула Магистру, тихо спустилась вниз и юркнула в гараж.
Глава 23. «Городская сумасшедшая»
Несмотря на многолюдность и суету, атмосфера в больнице была гнетущей. Озабоченные лица, характерные больничные запахи, и такие же неприятные звуки… Что ж за мир-то такой конченный, в котором столько страданий?..
Я вздохнула и повернула к лестнице. Ненадолго заглянула к Андрею — вид его по-прежнему удручал. Помимо медсестёр, в палате находилась Ольга, и путаться у людей под ногами ещё и мне не было никакого смысла. Я кивнула Оле и направилась к доктору, который так же, как и его помощница, не сразу меня узнал.
— Вы ко мне, девушка? — спросил он, приближаясь к дверям своего кабинета, где я томилась уже с полчаса.
— К вам, — усмехнулась я.
— О, Маргарита, я вас и не узнал! Богатой будете.
— Да я и так, вроде, не бедная, мне бы счастья… — проходя в кабинет и присев в указанное кресло, сказала я.
— Поверить не могу! Такая красавица и несчастлива? Позвольте полюбопытствовать, и чего же вам не хватает для счастья? — насмешливо протянул он, усаживаясь напротив.
Действительно, какие могут быть проблемы у «баловня судьбы»?..
Я сняла бейсболку, облокотилась на стол и со вздохом сказала:
— Для счастья, доктор, мне не хватает трепанации черепа. А это, кажется, как раз по вашей части.
А что ещё скажешь, если собственная голова постоянно подкидывает какие-то траблы? Он долго и внимательно рассматривал меня и, наконец, сочувственно произнёс:
— Что-то, Рита, у вас опять случилось. Но это, похоже, не по моей части, хотя с основами психологии я, конечно, знаком и симптомы горя разглядеть способен. — «Вот удивил! Да у меня уже, наверное, на лбу, большими буквами, это ваше «горе» написано!» — Хотите, отведу вас к своему приятелю? Он отличный психотерапевт.
— Не хочу.
— А рассказать мне?
— Тоже нет.
— Напрасно. Скоро вы достигнете фазы истощения, а это уже серьёзно.
— Спасибо, доктор. Я обязательно о себе позабочусь. Потом. Сейчас меня беспокоит только Андрей.
— Ну что ж, как угодно, — вздохнул он. — Хотя, ещё вопрос, кто из вас двоих в настоящий момент больше нуждается в экстренной помощи. Состояние нашего больного вполне стабильно, ваши возможности и наши старания — великая вещь, — Георгий Ильич улыбнулся, — думаю, совсем скоро вы сможете с ним пообщаться.
— Большое спасибо, док, вы меня успокоили, — поблагодарила я, поднимаясь и протягивая ему руку.
— Не уверен, милая, не уверен, — ответил он, покачивая мою руку в своих ладонях. — Судя по всему, без помощи специалиста вам не обойтись. Вы подумайте над моими словами.
— Хорошо, я подумаю. А вы мне позвоните, пожалуйста, когда с Андреем можно будет поговорить.
— Непременно. Может, кофе?
— Спасибо, в другой раз, очень тороплюсь, — отказалась я, хотя торопиться мне было решительно некуда. Просто задерживаться в этих стенах даже лишних пять минут страшно не хотелось.