Заметив Марину, фрау Фишер вскочила и с громким:
— Вау! Кого я вижу! — кинулась к подруге с объятиями. — Отлично выглядишь! — Гертруда крутила Марину, разглядывая её, как выставленный в витрине манекен. — Вот видишь, как тебе идёт чёрный цвет! Не зря я тебя уговаривала покраситься.
Вдоволь насмотревшись, она заказала на двоих шоколадные тортики, чай с лимоном и имбирём и потянула Марину к своему столику.
— Ну, давай, рассказывай скорее, что у тебя приключилось, а то я сама опять плакаться начну.
— Что, снова в мобильном Ральфа любовную смс прочла?
— Да если бы только смс! — махнула рукой Гертруда и стала искать в сумке бумажные носовые платки. — Я как раз тебе звонить хотела. Представь, я его у нас дома с девкой застала! — Гертруда шмыгнула носом, промокнула глаза и утёрла попавшие в очки слёзы. — Ладно, давай ты первая будешь плакаться. Ты же раньше дозвонилась.
Марина кратко изложила суть визита дочери, не тратя слов на связанные с реализацией проблемы: об отношении к ней свекрови Гертруда знала давно и с подробностями.
— Ну, и что мне теперь делать? Послать на свадьбу Юргена, не ходить вообще никому из нас или же, наоборот, назло всем явится и делать гордый и независимый вид, игнорируя косые взгляды родственников и рискуя спровоцировать скандал?
— Ох, дорогуша… Тут что не сделай — всё плохо! — Гертруда громко высморкалась, и набрала на ложку большой кусок торта. — Слушай, а, может, я с ней поговорю? Мои оболтусы тоже женились, не поинтересовавшись моим мнением. Но ничего, живём, хотя жена Штефана мне много крови выпила! Зато с Карин Георга мы отлично ладим с самого начала.
— Ну, не знаю…, — задумалась Марина, — Да и понятия не имею, как к этому Юрген отнесётся.
— А зачем ему вообще об этом знать? — Гертруда, вдохновлённая своей идеей даже отодвинула от себя недоеденный торт и через стол наклонилась к Марине: — Ты скажешь мужу, что меня Ральф бросил, хотя это не он меня бросил, а я его выгнала, но это ведь не важно, да? — фрау Фишер заглянула в глаза подруги, прижав её руку к столу. — Значит так: скажешь Юргену, что проведёшь эти выходные у меня. Ну, что я в рыданиях, нуждаюсь в утешительнице и собутыльнице. Тем более что это почти правда, — тоном, не терпящим возражений, заявила Гертруда, явно взявшая инициативу решения проблем семейства Майер в свои руки. — Я узнаю, где живёт эта старая ведьма и сниму нам номер в отеле как можно ближе к её дому. В пятницу приедешь ко мне часам к пяти, к твоему приезду я как раз успею забирать машину из сервиса. Переночуем в отеле, с утра походим по окрестностям, развеемся немного, а потом я одна пойду к твоей свекрови и попробую всё уладить. Я ж прирождённый дипломат!
Марина тяжело вздохнула. Хоть ей и не понравилась эта идея, но ничего более путного в голову не приходило. «Да и кто знает? — подумала она. — Вдруг что-то дрогнет в душе «Железной Мэри»? Смогла же Гертруда тогда убедить хозяина цветочного салона принять отчаявшуюся найти работу русскую…».
— Я буду у тебя дома в пятницу, — Марина разом допила почти остывший чай и, ткнувшись губами в щёку подруги, понеслась на работу.
***
До четверга Марина боролась с собой. До этого она никогда не лгала мужу. Ну, разве что по мелочи. Как тогда, когда она с наигранным восторгом приняла от Юргена помаду модного бордового цвета, который терпеть не могла. Чтобы порадовать мужа, она на следующий день, отправляясь на работу, густо накрасила подарком губы, но, едва закрылись двери лифта, вытерла её и потом передарила молоденькой бойкой флористке. Мужу же, когда он заметил, что она пользуется другой, делано посетовала, что забыла дар на работе. Ну или, когда, получив к субботнему завтраку переваренное яйцо, сделала вид, что именно так и хотела.
Но одно дело солгать, чтобы не обидеть, а другое — попытаться решить семейную проблему за спиной мужа. Однако пятница неотвратимо приближалась, и Марина решилась.
Юрген с дивана смотрел телевизор и без особого интереса следил за квалификационным матчем Лиги Европы УЕФА. Подсев, Марина прильнула к мужу, провела рукой по пробившейся щетине и глубоко вздохнула.
Юрген повернул голову:
— Ну, какие ещё у нас неприятности?