— Повторяю: у меня есть жених! — взвизгнула я, пытаясь освободить руку из мертвой хватки. — Перейдешь ему дорогу — и мало тебе не покажется!
— Ах, так… — он на миг сощурился, а потом просиял. — Тогда мы вот как сделаем.
Перед глазами вспыхнуло багровое сияние, закружив нас, точно сумасшедшая карусель. Когда вращение прекратилось, а в глазах перестало двоиться, я обнаружила, что мы оказались в другом месте. Это была тоже улица города. Перед нами стоял квадратный стол, устланный зеленым бархатом. А на нем лежала колода карт. Адепт Тьмы отпустил мою руку. Я пару секунд раздумывала. Убежать — не убегу, спортсменка из меня так себе. Да и бесполезно, если он умеет быстро перемещаться. Лучше понаблюдать, что будет дальше. Хорошо еще, что я не выпустила компас из руки.
— Сыграем, — проговорил Джонни. — Если ты победишь — можешь убираться к своему Марку. Если я выигрываю — ты моя. Это Карты Судьбы. Как они лягут — так тому и быть.
— А не логично ли состязаться с моим женихом?
— Я поймал тебя, а значит, играю с тобой. Либо можешь сдаться сразу, — добавил он, многозначительно усмехнувшись.
Хитрый какой жук.
— Ладно, во что хоть играем? И, чур, я раскладываю! А то не хватало еще тебе жульничать.
Адепт широко улыбнулся:
— Карты здесь раскладывает сама Судьба.
В этот момент из колоды выпорхнули тридцать карт и рядами разложились на столе рубашками кверху.
— Поочередно открываем по две карты, — пояснил Джонни. — Если они одинаковые — убираем их с поля и кладем возле себя. Если пара не совпала — переворачиваем карты обратно. Побеждает тот, кто соберет больше пар.
— А, игра «Мемо», знаю! — я немного воодушевилась.
По крайней мере, не что-то непонятное. Глядишь, у меня память не хуже, чем этого заплесневелого интригана.
Мы расположились друг напротив друга.
— Начинай, — любезно улыбнулся Джонни, и улыбка эта была волчьей.
Я перевернула первую карту верхнего ряда. На ней был изображен пестрый веер. Затем перевернула карту из нижнего ряда. Четырехлистный клевер. Я положила их обратно, запомнив расположение. Мой соперник вытянул две карты из разных рядов, и они у него тут же совпали. Обе с рисунком лимона. Я хмыкнула, адепт Тьмы усмехнулся. Следующими картами, что я открыла, были шляпа и кольцо с красным камнем. Джонни открыл две карты с рисунком кроличьей лапки. Меня начали терзать смутные сомнения. Уж не видит ли он их насквозь? Он сделал еще два хода, снова поразительно точно открыл карты с одинаковым изображением. А мне пока удалось открыть только одну пару — с веером. Кажется, я заведомо проигрываю, на что недвусмысленно намекала ухмылка адепта.
«Лупа Исследователя поможет найти пары», — внезапно раздался голос в моей голове. Тот самый, что недавно напомнил мне про фонарь.
Несмотря на то, что чье-то присутствие в голове изрядно раздражало, совет снова был очень кстати. Я потянулась рукой к заднему карману. Вот только в этой игре мне уже все равно не победить.
— Разложи карты заново, — велела я.
Адепт нахмурился.
— Это еще зачем?
— Ты жульничаешь. На рубашках есть скрытые надписи, по которым ты знаешь где что.
— Нет тут ничего! — возмутился Джонни. — Можешь посмотреть.
— Вот разложи заново, и я проверю своей антижуликовой лупой. Если победишь меня в нечестной игре — Марк тебя прибьет.
Кажется, мне все-таки удалось выставить Марка достаточно грозным. Адепт нахмурился и щелкнул пальцами. Карты втянулись обратно в колоду, перетасовались, а затем новые тридцать разложились на столе. Я вытащила лупу и поочередно стала смотреть сквозь нее на каждую карту. И действительно через стекло проступали изображения! Похоже, это было видно только мне. Осталось лишь запомнить их расположение.
— Что ты так долго возишься? — с подозрением спросил Джонни.
— Да вот, заканчиваю экспертизу, — с важным видом проговорила я, старательно запоминая рисунки.
— Нет там ничего.
— Хм, похоже в самом деле, — я отложила лупу и посмотрела на адепта самым невинным взглядом.
Он недовольно сверкнул глазами и сказал:
— Теперь мой ход первый.
— Э, нет! — поспешила возразить я, понимая, что тот, кто начнет, соберет на одну пару больше. — Дамы всегда вперед.
И, не дожидаясь пока он запротестует, открыла первую пару карт — с рисунком шляпы. Адепт открыл пару с клевером. Я играла сосредоточенно, сверяя с мысленной картиной, где какая карта. Ошибиться было нельзя. По мере того, как я открывала новые пары, Джонни хмурился. Наконец, он не выдержал: