Три дня дракон боялся не то, что подходить ко мне и пытаться поговорить, он боялся приблизиться к моей комнате. Его шаги я не спутывала ни с чьими другими. Слышала приближение своего ненаглядного и в дверь летели ножи. Неосмотрительные служанки, что приносили на цыпочках мне еду и столовые приборы – недосчитывались главного, но молчали. Как не хорошо! После первого моего такого выкрутаса и, получив люлей от Алекса, мне стали приносить только ложки. Но! У меня есть фамильяр! Он, миленький мой, сгонял на рынок и купил целый набор керамических ножей для профессиональных поваров. А как они входили в дерево… М-м-м, загляденье!
Когда я наконец-таки успокоилась и дракон перестал пить успокоительное, или стоять под холодным душем, мы поговорили. Хотя разговором – это назвать было сложно. За ужином, что был при свечах, где мы, не спеша, узнавали друг друга, он схватил меня и, усадив к себе на колени поцеловал. Ну ладно. Я это простила и наслаждалась моментом. До того, пока мою руку что-то не обхватило, а позже и не звякнуло. Оторвавшись от смертника, увидела на своей конечности обручальный браслет.
Стоит ли говорить, что мои глаза от злости засветились, и моя ведьмовская сущность полезла наружу?! Дракоша потом неделю не мог сидеть и прихрамывал на правую ногу, что интересно – драконья регенерация не сработала и целитель не помог. Так что Алекс мучился и проклинал свою поспешность.
Но и в этом он нашел свою выгоду. Передо мной он разыгрывал бедного больного мальчика. Такого всего несчастного и отвергнутого, что у меня сработали какие-то инстинкты, сжалось сердце, колыхнулась душа, и я повелась. Пожалела. Обогрела. Накормила. И припомнила, что если еще раз дракон будет себя так вести, то недолго остаться калекой. Причем, на изощренную психику ведьмы – выбирать степень инвалидности буду сама.
Алекс проникся и предложил начать все с начала. Я согласилась. У нас были милые свидания: прогулки под палящим солнцем и обливанием водой из фонтана, встречи под луной и спасение от комаров, уютные посиделки в библиотеке и громкие чихи со стороны чувствительного носа дракона из-за пыли, которой было ну о-очень мало. В общем, все проходило на высоте.
Он даже удосужился сделать мне предложение по всем правилам. Пришлось согласиться. Ведь дальнейшую жизнь без невозможного типа – я и представить не могла.
Через три дня у нас свадьба. А я стою перед зеркалом с белыми перьями в волосах и старательно удерживаюсь от бритья. Как их вынуть по-другому – не имею понятия.
В итоге, плюнув на такое не благородное дело, пошла на выход. Только выход, то есть дверь, была не рада такому повороту и категорически отказывалась открываться. Долбила в нее больше двух минут, а меня так никто и не услышал. Вот, Алекс, вот спасибо!
Надоев стучать, отошла к дальней стене и, с разгону правым плечом, полетела на деревянное препятствие.
У мужчин так всегда срабатывало – бах и дверь открыта.
Но так как я не мужчина, то и суждено мне было погибнуть славой героя, что пытался выбраться из ванной комнаты, где того закрыли.
Столкновение произошло незаметно. Хоть и готовилась к этому, а боль ужасная. Вместо дерева я впечаталась в железную грудь своего дракона и ахнув, отскочила от него.
– Ты совсем охренел, ящерица? – Зло крикнула я, поглаживая отбитую часть тела. Как же бо-бо.
– Летать не надо! – Сложив руки на груди, как же он часто это делает, сказал Алекс.
– Запирать не надо! – Гаркнула я. Рука потихоньку приходит в норму и боль отступает.
– Сбегать не надо! – Рявкнул дракон.
– Да когда это я сбегала? – Возмутилась ведьма. Точно! Я же, бл*ть, ведьма! У меня же магия, бл*ть, есть! Ой, ду-у-ура-а-а!!!
– Неделю назад. – Спокойно сказал Алекс, не сводя с меня своих потрясающих глаз.
– А чего это ты меня на ярмарку не отпускал?