Серена улыбнулась.
— Ну что вы, мэм, какие пустяки. Неудивительно, что Абигайль так взволнована, оказавшись впервые в Лондоне. Ей предстоит столько всего увидеть! Львов на бирже, лондонский Тауэр, Воксхолл и сады Раналей — и это только начало.
— Да, в свое время мы все это посмотрим, — кивнула миссис Саттон. — Но я хотела попросить вас, леди Серена, помочь нам дать званый обед в узком кругу.
— Помочь вам, мэм? Но чем? — удивилась Серена.
— С гостями, — выпалила Абигайль — Видите ли, мы совсем не знаем нужных людей, кроме вас и генерала, конечно. Полагаю, можно сказать, что теперь мы знакомы с мистером Салливаном. Он пил эль с папой… Но в этом-то и сложность… Мы не знаем, как пригласить его, потому что неизвестно, где он живет. А для него нужно собрать приличных гостей. Папа говорит, что он может в любое время прийти к нам и попробовать баранину и церемонии тут вовсе ни к чему, но думаю, в Лондоне так не принято. Как вы считаете?
Она остановилась, чтобы отдышаться.
— Ну, примерно так, леди Серена, — кивнула мать, укоризненно глядя на Абигайль. — Я хотела все рассказать по порядку, но эта болтушка вечно выскакивает первой. Если вы пригласите своих друзей на ужин, это может быть началом дебюта Абигайль.
— Понимаю.
Серена пригубила кофе. Просьба была абсолютно необычной, скорее из ряда вон выходящей, но в ней был определенный смысл. Мало того, просьба ее позабавила. Весьма приятный контраст с теми развлечениями на Пикеринг-плейс, к которым она привыкла.
— У ваших друзей не найдется причин пожаловаться на мое гостеприимство, — настаивала миссис Саттон, видя колебания Серены. — У меня прекрасный стол, а мистер Саттон разбирается в винах, хотя он человек простой и незатейливый. Он знает, что почем, и сделает все, чтобы наша дочь вошла в светское общество. И не остановится ни перед какими расходами.
— О, мэм, я в жизни бы не подумала ни о чем таком, — запротестовала Серена. — И уверена, что мои друзья будут счастливы посетить ваш дом. Но мне нужно время подумать.
Хотя Серену никогда не приняли бы в гостиных высшего света, молодые люди, посещавшие игорные салоны на Пикеринг-плейс, в отличие от их родителей, будут рады принять ее приглашение.
— Уверена, что вы сможете найти подходящее общество для мистера Салливана, — кивнула Марианна. — Не то что мы. И мы будем рады еще раз поблагодарить его за услугу, оказанную Абигайль. Поэтому вы назначьте день, а я все подготовлю. Может, пригласить оркестр? Или устроить танцы?
Ее глаза игриво блеснули.
— Всего несколько пар, ничего грандиозного. Что вы об этом думаете, леди Серена? Неплохо бы устроить настоящую вечеринку для молодых людей.
— Совершенно верно, — согласилась Серена, несколько потрясенная скоростью, с которой миссис Саттон перескочила от обеда в узком кругу к балу с танцами. — Однако я думаю, что лучше пригласить для начала всего несколько пар, как средство утвердиться в обществе… ну, вы понимаете.
Абигайль была явно разочарована, но мать тут же кивнула:
— Вам лучше знать, леди Серена, как полагается в высшем свете. Предоставляю все вам. Только скажите, кого пригласить, и я все сделаю.
Она отставила чашку с кофе.
— Но мы не можем отнимать у вас столько времени. Пойдем, Абигайль. Нужно ехать к модистке на примерку. Вы знаете мадам Бетти, леди Серена? Мне сказали, что она лучшая модистка и шьет только на избранных.
— Уверена, что так и есть, — пробормотала Серена, хотя никогда не слышала о такой модистке. Сама она шила у женщины, работавшей еще на ее мать, тихой француженки с безупречным вкусом и избранными клиентами.
Дверь в гостиную со стуком распахнулась.
— Как мило! Миссис Саттон и очаровательная мисс Саттон! — воскликнул генерал, расплывшись в улыбке и потирая от удовольствия руки. — Я сразу не поверил, когда Фланаган рассказал мне о вашем визите. Вы оказываете нам огромную честь, навестив так скоро после возвращения в Англию.
— Леди Серена была так добра, что приехала к нам вчера, генерал, — пояснила Марианна, приседая.
Генерал низко поклонился и поцеловал ей руку, прежде чем повернуться к Абигайль.
— Итак, мисс Саттон, как вам понравился город? Должно быть, оправдал ваши ожидания. Сегодня вы выглядите особенно прелестно. Свежи как маргаритка.
Абигайль покраснела до корней волос и, сделав реверанс, пролепетала:
— Вы слишком добры, сэр… слишком добры.
— Я говорю чистую правду, дорогая. Чистую правду. А мистер Саттон не поехал с вами?
Генерал оглянулся с таким видом, словно ожидал, что из-за дивана немедленно появится солидная фигура Уильяма.