Но резко вставать с корточек могут, наверное, только космонавты, а обычные как я барышни, тем более ничего не евшие с раннего утра, позволить себе что-то подобное не могут — как следствие в глазах у меня потемнело и я, ну что тут можно еще нелепее придумать, упала в объятия эталона мужественности.
Глава 4
С кухни меня увели мгновенно, даже не увели, а унесли, подхватив за талию. Уже через мгновение я сидела на мягком диване в большом помещении, с заставленными разнообразной едой столами, предположительно готовыми к подаче на свадебный банкет. Сколько вообще в этом месте еды?
— Полегчало? — спросил идеал, заглядывая мне в лицо.
— Просто встала резко, — виновато ответила я, взгляд у парня был весьма взволнованным.
— И не ели ничего? — уточнил он. — На кухне душно и очень сильный запах…
— Вот только не нужно ничего такого думать, ясно? — взвилась я. И чего меня все сегодня норовят подколоть побольнее?
— Думать такого чего? — поинтересовался он.
— Я просто проспала сегодня, поэтому не позавтракала, а не потому что хотела прийти сюда и наесться на халяву. Вот! — гневно выдала я. — Мне за чужой счет ничего не нужно!
— Да я и не думал об этом, — голубые глаза смотрели на меня как на дуру.
Ну, а кто я ещё есть? Дура, конечно. Сижу наедине с этим шикарным мужчиной, как там Нати и Мишель сказали… и тут меня перекосило. Загадка… Нижнее бельё… Ох, наверное, я стала красной, как помидор, потому что он меня тут же спросил:
— Точно всё в порядке? Может давление всё-таки, а не просто резко встала?
— Ага, — только и смогла ответить я, потому как отчего-то на меня напало такое спокойствие, вот не могу поверить, что я так спокойна, сидя здесь, без трусиков, смотря в прекрасные глаза, кажется самого прекрасного на планете представителя сильного пола, и тепло разливается у меня по пояснице, животу, и я сейчас однозначно скончаюсь — что еще ужаснее может со мной произойти в этот день?
— Ага? — мой ответ не мог не озадачить здравомыслящего человека.
— Просто резко встала, — пояснила я, — и просто очень сильно хочу кушать, и ещё немного посидим вот так и у меня случится оргазм, потому что вы самый красивый мужчина, которого я когда-либо встречала, а то, что вы меня еще и за талию до сих пор держите, вообще сводит меня с ума.
Этот самый смелый монолог в моей жизни я сказала словно в бреду. У меня бывает такое иногда, когда я пью алкоголь — вроде я понимаю всё, что вокруг меня происходит и вполне могу себя контролировать, но зачем, если можно взять и говорить всё, что в голову взбредет, ну что по-трезвому никогда не скажешь? Вот меня и прорвало. Стресса для утра было предостаточно и воспоминание о дурном поступке, так называемых подруг, меня окончательно выдернуло из себя. Пусть он встанет и уйдёт, а я смогу спокойно добраться до дома, и в планах уже нет поздравлять или благодарить Франсин, пусть этот бог посчитает меня дурой или просто пьяной. Всё равно!
Он издал какой-то странный звук, типа «хм», но не знаю… как-то так хрипнул.
И это меня добило. Хотя нет, оказалось, что я рано поставила на себе крест, оказывается с «добило» я очень и очень поспешила.
Мой идеал расстегнул верхнюю пуговицу на черной униформе. Весьма напористым, но тем не менее нежным, движением заставил меня откинуться на спинку дивана, и рука его скользнула… ну нет… там же…
— Хмм, — на этот раз он всё-таки произнёс это.
— Это, — я впала в панику, мне стало не по себе, я сжала ногами его руку и стала тараторить, заикаясь и задыхаясь. — Они на мне были правда! Мои подруги, те две офигенные красотки, они… в общем… они их забрали… сказали, чтобы меня раскрепостить, я видите ли зажата, а мне такой пухлой, точнее аппетитной, — на этом слове я невольно скривилась, — надо найти мужчину и, если во мне будет эта загадка, которая отчего-то должна быть как-то связана с отсутствием моих трусиков, то мне непременно повезет… и я…
На глаза навернулись предательские слёзы — отлично. Мэдди, у тебя истерика.
— Ты вся мокрая, — заметил он не дрогнув, вот это выдержка.
— Эээ… — я уставилась на него и поняла, что способность соображать у меня куда-то пропала. — Потому что… боже, убери…те… оттуда свою руку…
Голова его качнулась и я как-то поняла, что руку он не уберет. Удивительно, но потянувшись второй рукой, он достал до стола и стащил оттуда какую-то закуску. Я даже не знаю, что это было, но очень, мать его, уверенным движением он отправил эту еду в мой рот.
Вкус был невообразимым — сладковато-кислым, нежным, тающим, обалденным… в общем, я неважный дегустатор. Точнее не могу нормально описать, но это было охрененно вкусно.
И тут его рука, зажатая между моими ногами, пришла в движение, видимо я ослабила свою хватку, переключившись на еду. И к своему жуткому и невообразимому стыду, я, запрокинув голову и закрыв глаза, закусив губу и стараясь не издавать ни звука, кончила всего от пары его движений.
— Ты кончила? — спросил он как-то странно, я не могла по голосу определить что это — недоумение, разочарование или может вообще обида.
Я повела головой, пытаясь кивнуть, была не способна ни на что другое — открыть глаза и уж тем более посмотреть на него.
Мне было стыдно, мне было обидно, мне было «я хочу умереть!»
Глава 5
И снова его сильные руки меня подхватили и стали перемещать куда-то. Я подумала, что это просто отлично — наконец-то меня выставляют вон! Но я ошиблась.
На меня пахнуло приятным запахом освежителя и я, открыв с трудом глаза, обнаружила себя в уборной комнате. Тут уж я посмотрела на своего… хм… кого? И снова покраснела.
Как ко всему этому относиться, спрашивается?
— Тут есть биде, — было сказано мне на ухо, отчего я содрогнулась всем телом. — Ого, еще не всё?
— Что? — выдохнула я, сознание никак не возвращалось, да мне этого не очень-то хотелось.
— Ты кончила, я вроде как обрадовался, — он принудительно посадил меня на биде и включил воду. Что? Но сопротивление мне не помогло. — Просто потому, что никогда женщины, кхм, от меня так быстро не кончали, я в шоке, если честно. Но тут подумал, что раз твои — подруги? — он вопросительно повёл бровью. — Стащили с тебя трусики для того, чтобы тебе повезло, то может у тебя давно ничего подобного не было, и тогда я это понимаю, я имею ввиду скорость. Но с другой стороны — раскрепостить и для этого сделать что-то подобное… тебе явно не по себе, так что… Я в недоумении.
Все то время пока он это говорил, он меня мыл. Я слушала его шикарный хриплый голос и откровенно не понимала ни слова. Я была готова снова содрогнуться от того, что — может я вообще сплю? Нет, правда…