— Тебе незачем было связываться с Ондином, Кэсси, — примиряюще сказал Алекс. — Я бы сам об этом позаботился.
Он повернулся к сестре.
— Почему Ондин считает, что оказывает нам большие услуги?
— Он всем оказывает такие услуги, — ответила Элоиза.
— Да, но у тебя с ним наверняка есть предварительные договоренности?
— Здесь половина собственности моя, и я не желаю, чтоб мои рабы разбежались.
— Но Рубен не принадлежит тебе. Почему ты не сказала об этом Ондину, когда он привел его сюда?
— Она промолчала, — ответила за нее Кассандра.
— И тебя не огорчили оскорбительные замечания в адрес Кассандры? — Алекс распалялся все больше и больше. — По-моему, ты теряешь чувство меры, Элоиза. Или веди себя, как подобает сестре, или в один прекрасный день ты можешь оказаться без родственников.
«Кажется, Алекс начинает понимать, что из совместной с Элоизой жизни у нас ничего хорошего не получится, — с радостью подумала Кассандра. — И есть шанс уехать отсюда после родов».
Рабочие начали полоть и прореживать посевы хлопчатника. Теперь над их головами синело яркое весеннее небо, а незасеянные поля были усыпаны полевыми цветами.
В галерее второго этажа Алекс установил для Кассандры шезлонг, из которого она могла наблюдать за рекой. По реке спускались большие лодки. Кассандра смотрела на них, мечтая, что и она когда-нибудь покинет Элоизу и Дьявольский Лес.
Элоиза пригласила на Пасху епископа и теперь была занята подготовкой церкви и составлением приглашений соседям к ней на службу и обед. Кассандра собиралась присутствовать на службе, но обойтись без общения с гостями на обеде.
И в этот раз служба ей понравилась. Рассказ епископа о Святом Воскрешении показался ей трогательным и полным надежд. Захотелось даже расплакаться. После службы она опять вернулась в свой шезлонг.
— Миссис Кэсси, — позвала стоявшая у входной двери Мелли. — Вас хотел бы видеть епископ.
Хотя Кассандра чувствовала себя неважно, чтобы принимать гостей, но она решила, что сможет поговорить с епископом и подала знак Мелли впустить гостя.
К ее удивлению, епископ был чем-то смущен.
— Мне очень понравилась ваша служба, сэр, — начала она. — Жаль, что у меня нет возможности посещать церковь более регулярно.
— Я с большим удовольствием узнал, как много делается здесь для спасения заблудших душ.
Кассандра облегченно вздохнула. Во всяком случае, сейчас ей не придется объяснять свою позицию в отношении негров.
— В действительности, Кассандра, я хотел обсудить с вами другой вопрос. — Он вздохнул и замолчал.
— Какой именно, епископ Андреас? — удивленно спросила она.
— Признайтесь, дорогая, обсуждали ли вы с Алексом проблему отцовства ребенка, которого вы носите под сердцем?
Кассандра вздрогнула и почувствовала, что краснеет.
— Я понимаю, как вам непросто, дитя мое. Но вы не виноваты в том, что с вами произошло в плену у индейцев. Вам следует откровенно обсудить с Алексом ваш брак там и проблемы, связанные с этим ребенком. Поверьте, вам будет легче решить это вместе. Думаю, Алекс поймет вас и…
— Что еще она вам сказала? — не выдержала Кассандра. Голос ее дрожал. — Что я говорю Алексу неправду? Он знает все, что ему нужно знать по этому вопросу. Вас ведь прислала сюда Элоиза? Она давно распространяет среди своих друзей гнусные слухи. И мне приходится выслушивать совершенно посторонних людей, болтающих о законнорожденности моего первого сына и отцовстве второго.
На лице епископа застыл испуг. Кассандра все-таки решила продолжить.
— Вы поверили Элоизе, которая заставила меня в моем теперешнем положении прожить несколько недель в домике негров, рядом с больными детьми, под предлогом опасности для здоровья Бенджамина. Спас меня только Алекс. Потом она наняла Ондина угрожать мне и оскорблять меня и… — она почувствовала приступообразную боль в пояснице.
— Дитя мое, что с вами?
— Немедленно позовите Алекса, — прошептала она.
С трудом выбравшись из кресла, она добралась до кровати и легла, свернувшись калачиком. Наверное, это преждевременные роды?
Появились Элоиза и Алекс.
— Что случилось? — спросила она.
— Ребенок, — прошептала Кассандра.
— Я так и знала. Если ты родишь сейчас, то отец ребенка, наверное, не мой брат.
— Элоиза! — Кассандра приподнялась на одном локте. — Если я потеряю этого ребенка, ты заплатишь за все. Те, кто пытались навредить мне и Бенджамину раньше, все закончили очень плохо. Тебя ждет та же участь.