«Этого не может быть!»
Тиханова моментально протрезвела да перевела взор на «премиальные виды отеля».
В её комнату через панорамное окно ворвался первый луч. Тишину номера вдруг прервал звук включенной воды.
Пазл сложился полностью.
— Это не сон?! — лихорадочно подорвалась в постели Тиханова, сгорая от стыда.
Девушка мгновенно обернулась одеялом, скрывая обнажённое тело. И в какой момент с нее нижнее белье исчезло, Лилька не записала!
Ее сковала паника.
— Я... Он... Мы... Ой!
Она выше натянула постельное, когда из ванной комнаты вышел Громов с двумя полотенцами. Одно — на бёдрах, другое — на голове, на густой шевелюре, которую мажор довольным котом тщательно вытирал.
— Так ты мне не приснился?! Все по-настоящему произошло?! — выпала в откровенный осадок девушка.
— А я часто тебе снюсь? — с улыбкой поинтересовался Макс, беспощадно добивая психику тихони.
— О, черт! Нет-нет-нет! — схватилась за голову она, широко глаза распахнув. — Да как так-то?! Ты же должен быть со своей Алисой! Что ты вообще здесь делаешь?!
Осознавав, что уронила одеяло, моментально убрала руки от головы, вновь подхватила ткань да максимально скрылась в ней, нелепо пытаясь спрятаться.
— Я? Изменяю своей жене, — будничным голосом обранил Громов и откровенно нагло стащил с партнерши глупую ширму.
Она попробовала вернуть, но ...
Поздно!
Мажор следом к снятой мятой одежде отправил одеяло в самый дальний угол, лишая девушку всякой возможности прикрыть вожделенные им округлости.
— Но ... Это ведь неправильно! — возмутилась Тиханова, сильно жалея, что умудрилась перепутать явь со сновидением.
Еще ее сильно смущало вынужденное нахождение нагой при младшем Громове. Его пожирающие взгляды лишали покоя.
Тот с улыбкой, отбросив небрежно полотенце, коварно сел на край кровати, затем медленно пополз на четвереньках к ней, подло сокращая расстояние.
— Кто сказал, что это неправильно? Твои родители? Друзья? Общество? — спросил вкрадчивым голосом Громов.
Лилька машинально попятилась назад к изголовью кровати. Она отчаянно пыталась не засматриваться на своего недавнего искусителя, но засматривалась. Ее тело еще помнило, какое удовольствие способен доставить парень напротив, поэтому неохотно подчинялось хозяйке.
— Я думала, это сон, — судорожно сглотнула девушка, уперевшись спиной в твердую часть постели.
Она хотела находиться как можно подальше, а вот он, наоборот, поближе. Их несовпадение интересов налицо.
— Как видишь нет. Все реально. Я — плохой жених, который провел ночь с другой, — откровенно произнес Макс, застыв в нескольких сантиметрах от ее лица своим. — Лиль, все совсем дерьмово, да? Пошлешь меня?
— Так нельзя, — тяжело вздохнула Тихая, с трудом принимая настоящее. — Я не знаю, что у вас случилось, но ...
— Помолчи, — вдруг прервал он, прижав к ее губам палец. — Давай ты просто подаришь мне романтическое утро, а остальное мы позже обговорим. Хорошо?
Она удивленно посмотрела на парня.
— Ты мне очень нужна. Сильнее, чем когда-либо.
Глава 6. Обратная сторона
Душой Лильки завладели сомнения.
Она не понимала, совсем не понимала мотивов Громова, но куда больше ее пугало коварно усилившееся влечение к мажору. Запретный плод становился все слаще, желаннее и соблазнительнее.
Когда он настолько близко, ей трудно соображать или отстаивать прежние взгляды на жизнь. Сложно быть правильной, если душа и сердце требуют общества Максима, подарившего долгожданное счастье. Общество, которое опасно, учитывая многие переменные в текущем уравнении. Одно его присутствие в ее спальне уже влекло за собой массу неприятных последствий.
— Ты меня погубишь, Громов, — не удержалась от откровения Тиханова, чувствуя данную истину, как никогда отчётливо. — Ты ведь знаешь, мы — невозможны. Какое еще романтическое утро?
Девушка постаралась хотя бы сейчас поступить правильно, очерчивая вновь недавно нарушенные собственной глупостью границы. Перепутать реальность со сном, казалось, способна одна лишь Тиханова.
Парень вдруг уверенно притянул к себе недавнюю партнёршу и властно поцеловал в губы, обжигая страстью. Той ничего не оставалось кроме капитуляции. Привет укрепившимся неправильным чувствам, чьи сети ощутимо играли против хозяйки. Они влекли ее к парню, откровенно плюя на доводы разума.
Лилия вздрогнула от напора, но ответила на преступный поцелуй. Сумасшедшее притяжение к Максиму подло сильнее заметно пошатнувшегося морального компаса Тихой.
— Ты даже не представляешь, сколько я провернул, чтобы сейчас прикоснуться к тебе, Лиля, — неожиданно огорошил признанием младший Громов, сбив с толку.