Девушка упёрлась спиной в ближайшую стенку. Противиться ему у нее практически нет сил.
— Игра? Значит я не ошиблась? Для тебя все происходящее — просто средство от скуки?! — предприняла отчаянную попытку не утонуть снова в желанных глазах Лилия.
Они — самые опасные магниты на свете.
Парень невозмутимо застыл перед Тихой. Ее слова не смутили и не задели младшего Громова.
— Так себя не ценишь? — неожиданно поинтересовался он.
Она растерялась, будучи настигнута врасплох всего одной фразой. Ответ на его вопрос почему-то предательски потерялся среди лавины беспорядочных мыслей девушки.
— Я серьёзно, — мажор уперся рукой в поверхность стены слева от лица партнёрши. — Рассматриваешь себя просто средством? Реально? А тебе не приходила мысль, что кто-то может хотеть быть рядом, потому что ты ему нравишься? Нет?
— Я не могу тебе нравиться, — отрицательно покачала головой та, однажды горьким опытом наученная, почему нельзя верить «золотой молодёжи».
— Уверена? — нахмурился собеседник.
Ему явно не понравилось увиденное недоверие в глазах Лилии.
— Да! — вновь разозлилась Тиханова.
— А если ты ошибаешься, красотка, и нравишься мне давно, тогда что делать будем? — ухмыльнулся парень, не сдаваясь.
— Обманываешь, — в лоб вылепила девушка, упрямо пытаясь сохранить ясность.
Сейчас, как никогда, тихоня мечтала ничего не ощущать к нему. Это помогло бы вернуть обычной смертной хотя бы призрачную тень утраченного контроля над собой. Так называемая мрачная, но подкупающая нешуточно стабильность, в объятиях которой не просыпаешься в поту, не пытаешься никого отыскать и не испытываешь лишающее покоя одиночество. Твое сердце не бьется, как сумасшедшее, не зовет прочь из отчего дома, словно из клетки на свободу!
— Я выбрал тебя осознанно, Тиша. Все случайности исключены. И примечена ты куда раньше создания моего дебильного брака. Но! Одно важное, тысячу поганых раз проверенное но! Если бы я просто выбрал строить отношения с тобой, то Алиса сделала бы все, чтобы ты уехала отсюда, и поверь, ты уехала бы, как уезжали другие мои близкие! Поэтому, да, нам придётся временно уйти в подполье. Будешь меня слушаться — мы переиграем Успенскую с ее марионетками. Пошлешь меня — можешь забыть про нормальную жизнь. Нашу ночь не исправить. И, черт возьми, это была лучшая ночь в моей жизни! Мне не о чем жалеть!
Откровения младшего Громова не укладывались у Лильки в голове.
— Пока не поешь, платья не увидишь, — вдруг огорошил парень и отошел к столу, по всей видимости не принимая никаких возражений.
Она тяжело вздохнула, отчетливо понимая, что сейчас ей придётся играть по правилам мажора. Идти в одном полотенце по отелю — затея не самая лучшая. Сто процентов сдадут невесте или ее отцу толстосуму.
Тиханова покорно вернулась за стол.
Он довольно улыбнулся. Тихоня, отбросив прочь позорный факт проигрыша в нынешней ситуации, решила начать завтрак с мясных салатов.
— Ты так и не ответила на мой вопрос. Я часто тебе снюсь? — спустя несколько минут спросил тот, заставив собеседницу нервно подавиться.
Лиля аж разошлась кашлем.
– Ясно. А что я обычно там делаю? – продолжил расспрос Максим, не сводя пристального взгляда. — Раз бессонница, хоть знать, как время провожу. Говорят, типо если не можешь уснуть, значит кому-то другому снишься. Колись. Мультики интересные?
— Лучше расскажи, что ты сделал со своей невестой, если она до сих пор не выносит двери твоего номера, — потребовала Тихая, не любя, когда без спроса лезли в слишком личное.
Мажор, без тени смущения, лукаво оскалился.
— Снотворное. Как и у твоих родных. Очнется примерно после обеда. Жаль у нас с тобой не так много времени побыть вместе.
— Вчера снотворное и сорванная свадьба. Чего от тебя ждать сегодня? — ответила иронией на новые поползновения мажора в свою сторону Лилия.
— Пока не придумал, но скучать ты явно без меня не будешь, Тиша, — уверенно заверил парень, не стремясь раскрывать всех своих карт.
Он многое просчитал, однако младший Громов счел ненужным полностью информировать девчонку.
Тиханова тяжело вздохнула:
— А с чего ты взял, что я вообще собиралась по тебе скучать? — не поняла она.
— Ты каждую ночь это делаешь, судя по моим шатаниям после двенадцати. Сна ни в одном глазу, между прочим. Хоть в чем-то люди не обманывают.
Тихоня судорожно сглотнула. Лишать его полноценного отдыха совсем не входило в ее планы.
Мажор засмеялся.
Лилия, пряча неловкость, активнее «заработала ложкой», мысленно молясь на скорейшую амнистию.
Долгожданное общество свалилось на нее, как снег на голову, и, девушка, оказалась совсем не готова к слишком тесному общению с крашем. Недосягаемый Максим Громов пугал Тиханову куда меньше того, кто нахально отправил спать все ключевые фигуры на свадьбе, чтобы сейчас по-королевски наслаждаться уединением.