Карина обещала сделать все в лучшем виде. А если обещала, то Максим не завидовал жертве, попавшей под руку чертовски злющей мегере, давно распрощавшейся с совестью. Скандал, сплетни, интриги — ее превосходное ремесло и заработок на хлеб.
Девушка изрядно нашумела в сети и собрала довольно обширную аудиторию, щедро снабжая ту зрелищем на регулярной основе.
Благодаря Началовой вся элита богатеньких долго будет обсуждать свадебный переполох у Громовых. Кости станут перемываться не меньше двух лет на злых языках. Что поделаешь? Цена славы.
Если Каринка бонусом фотки добыла к материалу — тогда точно труба. Море хейтеров обеспечено!
Фотографии у нее сто процентов имеются с данного мероприятия. Макс не сомневался. Девушка всегда их получала, работая в связке с двумя помощницами.
Вот уж какую рыбку среди них настоятельно рекомендуется не злить.
Началова Карина — худшее из зол желтой прессы, но для Алисы мужу не жалко денег. Он лично оплатил армагеддон для жены. Спасибо принципам.
А теперь таинственным взором смотрел за любовницей, мечтая стащить с ее тела глупые полотенца. Те определённо портили всю красоту.
Тиханова чем-то напоминала ему фарфоровую куколку. Бледная, но довольно нежная кожа. Волосы необычного светло-пепельного оттенка. Весьма выразительные большие глаза и теперь немного пухловатые губы.
От прошлых тонких ненасытный мажор не оставил никаких следов. И он бы не отказался опять прижаться к ним, чтобы почувствовать, как Лиля проигрывает ему.
В том, как девушка повержено сдавалась на милость резко нахлынувшим на неё эмоциям была какая-то своя необъяснимая прелесть. Настоящее дьявольски завораживало, искушая грешника снова вкусить её поцелуй.
Девушка решительно отложила ложку.
— Я не могу нормально есть, когда на меня так смотрят, — неожиданно поставила перед фактом Тихая.
— Так это как? — с прищуром уточнил Гром.
— Слишком пристально и ...
— И? — с усмешкой поинтересовался мажор.
— Плотоядно, — прямо озвучила скромница. — Ощущение, что ты хочешь меня съесть вместо еды.
Он улыбнулся.
— Направление мыслей почти верное, — не удержался Макс. — Угадай, съесть ли хочу на самом деле?
— Не хочу. Я выполнила твое условие. Отпусти меня.
Младший Громов искусителем взглянул на партнёршу, от чего у нее заметно перехватило дыхание.
— Ты забыла добавить одно волшебное слово, — хмыкнул парень спустя минуту, показавшуюся целой вечностью.
Сглотнув, она с трудом произнесла:
— Пожалуйста.
Ей было не привыкать наступать на горло собственным принципам в угоду чужому властному «хочу»
— Молодец. Это было несложно, верно? — с некой долей коварства спросил юноша, слегка нахмурившись.
— Времени не так много осталось. Я хочу покинуть этот чертов отель, — честно призналась Лилька, решив не вникать в очередные элементы пазла, родившиеся при общении с предметом воздыхания. — Так будет лучше для нас обоих.
— Думаешь? — иронично осведомился Гром.
— Знаю, — твёрдо ответила девушка, до последнего намереваясь мирно выторговать себе украденную свободу.
Ей требовалось уехать, чтобы хорошенько прийти в себя и всё обдумать.
Мажор внезапно уступил:
— Платье на постели.
Лиля, резко поднявшись, бросилась к огромной кровати.
Стоило ей застыть перед ней, и мозг взорвали воспоминания. Она и он, спрятавшиеся в тишине этих четырёх стен, влюблённые, страстные и невероятно счастливые. Их руки, поцелуи, одно дыхание на двоих — все было пропитано безумным взаимным притяжением и желанием физического контакта.
Тиханова шумно вздохнула.
— Ты это специально, да? — с трудом спросила скромница, кое-как переборов влияние пришедших эпизодов.
От них девушка постыдно начинала терять самообладание.
— Что это? — не совсем понял парень.
— Неважно! — грубее чем хотела отрезала Лилия да потянулась к небольшой коробке, красиво украшенной переливающейся подарочной бумагой.
Она дёрнула красную ленту, после чего раскрыла полностью заказ мажора и неуверенно достала, принявшись рассматривать находку.
В следующий миг взгляду тихони предстало роскошное изысканное платье, длиной ниже колена, небесно-изумрудного градиента. Наряд выбранный Максимом характеризовали тонкие бретельки на плечах, прямая юбка-карандаш, ромбовидный вырез в районе груди, широкие рукава три четверти да откровенно открытая спина.
Лилька залилась румянцем, представляя себя в нем.
«Тут все на показ! Боже! Как в таком ходить?!» — панически пронеслась у нее в голове мысль испуганным слоном в посудной лавке.
— Тебе будет к лицу, — вдруг произнес парень.