Глаза об невесту не сломал, комплементами не сыпал, отстранялся при ее каждой попытке прижаться да еще, сволочь, отказывался целоваться, тяжелым взглядом награждая любого из гостей, кто вспомнит слово «Горько!»! А оно, на минуточку, традиционное в данном мероприятии и подразумевало томные поцелуи, о которых столько грезила девушка!
Макс их все зажал! До единого!
Можно сказать, жених сделал ее самый лучший день воплощением сущего кошмара! Его отстранённость, колкие фразы да крайне подозрительные исчезновения посреди торжественного вечера не давали новоиспеченной жене покоя.
Он ничего не объяснял толком, когда она задавала вопросы, а Артем, всюду следующий тенью за другом, почему-то самодовольно улыбался.
У Алисы возникало ощущение, будто не Успенская невеста, а Белоусов! Хотя девушка прекрасно понимала, на сколько бредово звучала подобная трактовка происходящего!
Чтобы ослабить степень расстройства — неравнодушная к чувствам невесты — Олеся предложила Успенской выпить, убеждая, якобы той реально полегчает после выпитого и она станет смотреть на внезапные закидоны паиньки-мужа намного спокойнее.
«Да как такое возможно?! Я словно вышла замуж за абсолютно другого человека!» — про себя откровенно возмущалась мажорка, заливая горе.
Парень обычно молча сносил гонор светской львицы, редко отвечал ей «рэ» на «рэ», предпочитая уходить куда-нибудь сгоряча, был куда покладистее, но ...
Вчера вдруг все это сломалось, явив перед Алисой совершенно иного Максима: грубого, дерзкого и бесяче равнодушного!
При воспоминаниях о слишком жестокой правде, открывшейся довольно поздно, Успенская едва не пустила новую слезу, жалея в мыслях себя любимую.
Младший Громов оказался холоднее тысяч льдов Антарктиды и также беспощаден, как красив.
Все ставки Алисы на него провалились с треском.
«Жизнь — боль! И зачем я согласилась на бред Кораблевой?»
С этой мыслью пышная красотка медленно осмотрелась, неизбежно принимая суровые истины.
Первая: алкоголь нифига не лечит душевные раны. Вторая: он главная причина, по которой сейчас Успенская еле ползает поверх заправленной односпальной кровати.
Она не сразу осознала, где именно находится.
Окружающие стены сначала мутились, потом танцевали, и лишь затем, с трудом сфокусировав расплывающийся взгляд, девушка поняла, что данный номер — совсем не тот, где должна, по идее, спать Успенская.
Отсутствие привычной роскоши повергло избалованную девицу в неописуемую ярость. Добило окончательно равновесие очередное исчезновение мужа! Максим вновь пропал, ничего не объяснив!
— Что это за нищебродские условия?! Почему постель на одного?! Где вообще мой муж! — с раздражением подорвалась Алиса, а затем пожалела о столь импульсивном решении.
Черепную коробку мгновенно сдавило. Ойкнув, виновница прошлого торжества нелепо опрокинулась на подушку.
— Я буду жаловаться! — вслух посетовала девушка. — Черти что происходит! Где администратор?!
Но громкие возгласы Алисы встретила лишь тишина. Никто не спешил, роняя тапки, что-то исправлять, беспокоясь о благополучии персоны-вип.
Никого!
Только молчание!
— Эй, есть кто живой?! — спустя пять минут громче позвала девушка, отчаянно схватившись за бедовую головушку.
Живых опять не оказалось. Ни раньше, ни позже после вопроса, больше напоминающего стон подстреленного бегемота.
Принцесса еле-еле поднялась в сидячее положение.
— Ненавижу свадьбы, — проворчала она законченной бабкой, повидавшей сполна. — И ненавижу Максима! Он все испортил! Громовская гадость! У-у-у, гад молись! Из-под земли достану!
А тем временем воды хотелось несчастной больше, чем жить. Во рту жены Громова сухо. Кожа губ даже потрескалась от ее нехватки.
Она предприняла попытку самостоятельно подняться в полный рост. Раза с третьего получилось, но устойчивость Алисы была под огромным вопросом.
Злая на жизнь Успенская по стеночке направилась, шатаясь, в ванную, однако не дошла.
К ней неожиданно ворвались в комнату смутно знакомые мужчина и женщина. В их глазах черным по белому читалась паника, отчетливо граничащая с возмущением.
Эти двое на свадьбе примелькались Успенской нескончаемыми скандалами, бесконечными спорами с окружающими в совокупности с фанатичным желанием купаться во внимании ее очень влиятельного папочки. Они буквально не отходили от Георгия Васильевича, ловя каждое слово мужчины.
«Как их там?! Тихановы?!» — мысленно озадачилась с неприятным выражением на лице девушка.
Успенская скривилась еще сильнее, не в силах долго скрывать свой несносный характер.
Общаться с бедными она терпеть не могла. Те обычно жаднее нее самой, а делиться Алиса с детства не любила. Эта парочка жутко падкая на денежки. Дочка Георгия Васильевича отсюда видела! Зараза заразу учует издалека. Это про нее.