Голос правда подводил, имея грубые оттенки, но свой недостаток бизнесмен ловко компенсировал полезностью. Он прекрасно выстраивал нужные связи и имел в городе заслуженную репутацию специалиста своего дела.
В отличии от дочери Георгий Васильевич действительно многими уважаемый человек. Было за что с ним считаться.
Он выручил из шаткого положения не одного клиента, помог тысячам семьям, а ещё спонсировал местных предпринимателей, вкладывался в различные фонды социальной помощи, ни раз становясь объектом обсуждения СМИ.
А сегодня негласный городской герой был обычным счастливым отцом, выдающим замуж взрослую дочь и, как истинный отец, бизнесмен желал Алисе всего наилучшего в этот незабываемый день. Именно сегодня мужчина чувствовал ни с чем не сравненную гордость.
— Моя девочка стала совсем большой, — с искренней теплотой произнёс Георгий Васильевич, чьи слова нашли неожиданный отклик в душе Тихановой.
«Вот бы и мои родители меня так любили», — на мгновение пронеслось в голове Лили, но заметив своих, она заметно поникла.
Они недовольно посмотрели на девушку, стоя позади Успенского.
Причины их негодования могли быть самые разные: от неправильно лежащих волос на плечах до не так произнесенного слова. В чем снова провинилась девушка, оставалось гадать, но судя по взглядам накосячила Лилька непростительно много.
Наедине супруги Тихановы устроят ей масштабный вынос, без малейшей жалости размазав об асфальт злостного несоответствия с ожиданиями.
На какое-то мгновение девушка интуитивно сжалась, втянув голову в плечи.
Олеся, заметив лишь ей понятные телодвижения тихони, дружески похлопала ту по плечу, без лишних слов напоминая, что пора перестать бояться кому-то не угодить. В редких откровенных разговорах подруга призывала Лилию становиться более независимым человеком, но, как известно, одно — посоветовать, другое — сделать.
Тиханова задышала глубже, стараясь обрести нарушенное спокойствие. Настя тем временем поспешила на свежий воздух, не придавая значения странному тормозу Лильки. С ней не откровенничали. Брюнетка ни сном ни духом о сложных отношениях Лилии с родителями или о ее грешных мыслях, адресованных Максиму Громову. Она больше озабочена миссией не подраться с невестой и не прослыть истеричкой среди состоятельных людей, приглашённых отцом Алисы, чем замечать чужие настроения.
А тех среди гостей прибыло немало. Кто-то из них умилялся любви банкира к единственной дочери, кто-то нетерпеливо расхаживая из стороны в сторону, ждал продолжения церемонии, мечтая поскорее напиться, а кто-то, скучая, искал более интересного собеседника, не питая к скандальной гордячке Успенской ни грамма признания или обожания. Такие персоны просто пришли для галочки, не желая портить «нужные связи» с Георгием Васильевичем.
У каждого из важных людей, стоящих сегодня рядом подле Алиски, имелись индивидуальные мотивы.
Одна она была свято уверена, словно все здесь из-за нее, все пищат от счастья быть в числе элиты, которой величайший человек в мире лично пожмёт руку, и непременно все завидуют.
«Успенские впереди! Вы — отстающие!» — про себя ухмылялась невеста, когда выпустив из объятий отца, приняла от мужчины букет.
Она подарила ему новую улыбку.
Родитель подхватил драгоценную кровинушку под локоть и направился с ней ко входу.
Гости медленной вереницей пошли следом.
Оглядывая их, Тиханова нашла подозрительным отсутствие самого жениха.
«Может, он передумал?» — предположила девушка, ощутив в груди новую волну надежды.
Ведь если Макс откажется от Успенской, у нее увеличились бы шансы на построение отношений с парнем. Когда-нибудь она обязательно бы сумела признаться мажору в чувствах!
Для себя девушка осознала — быть слишком навязчивой — стратегия провальная. Ей не хотелось бы, чтобы Максим также обходил Тиханову, как обходит сосед после неприятного разговора. Только не Громов. Ее это точно добьёт!
— Давай, Лиль, выходи, — прервала мучительные размышления Лилии Олеська. — Чего ты копаешься? Мы — подружки невесты! Забыла?! Нам полагается с невестой находиться!
— А, по-моему, невесту прекрасно папаша ведет к алтарю, — вставила свои три копейки Анастасия, не спеша присоединяться к толпе.
Она пренебрежительно оглядела количество пришедших и мысленно соизмерила с масштабами входа, высчитывая процент выживания. Автобусная давка, считай, в самом пике. Как говорится: «Посадка будет жесткой, но вы держитесь».
— Нась! — нахмурилась рыженькая. — Перестань! Дала слово? Держи!
— Дала, дала. Как не дать, если кто-то тебя локтем пихает больно под рёбра с меткостью снайпера. Ты, в курсе, Кораблева, что нельзя убивать подруг ударом в бок?!