— У твоей мамы просто профдеформация сказывается. Тяжело ей с твоим обычным парнем. Это проблема всех учителей, — пожала плечами Кораблева, под конец обратившись к Тихой. — А у тебя, Лилек, чаевые были?
Она отрицательно покачала головой.
— Проблема всех учителей? Марина Павловна — сама ходячая проблема. Глупый бесполезный справочник русского языка! — зло высказалась Настя, после чего вышла, громко хлопнув дверью.
— Что-то Настька зверствует больше обычного, — задумалась Олеся.
— С мамами всегда сложно, — вяло призналась Лилия. — Она против Макса. И тут какой-то парень позвонил. Я ничего не понимаю. Аж идти домой страшно.
— Очередная махинация младшего Громова, — шепотом произнесла подруга. — Что у вас вообще с ним происходит? Все серьёзно?
Тиханова тяжело вздохнула.
— Не бойся. Я все пойму, — вдруг подошла Кораблева и по-дружески положила ладонь на плечо.
— Поймешь? Ты ведь была против НАС, — прямо сказала тихоня.
— Я просто хотела тебя защитить. Он — очень трудный человек. Но если ты хочешь быть с ним, то хорошо. Я приму это. Я ведь твоя подруга, а не враг.
На губах Лильки появилась улыбка.
— Да, у меня с Максом серьёзно. И я собираюсь съехать от родителей.
— Ого. Не слишком ли ты торопишься? — с волнением спросила Кораблева.
— Нет, Олесь. Мне давно пора съехать.
— В таком случае, да, Лиль, этот вечер будет очень интересным, зная Максима. Завтра расскажешь, как все прошло?
Лилия мгновенно насторожилась и обернулась к девушке, заглянув ей, казалось, в самую душу.
— Олесь, а на сколько хорошо ты знаешь, Максима? — в лоб поинтересовалась серая мышь.
Глава 19. Неожиданное предложение
Олеся почему-то вздрогнула.
— Давай не в кафе, ладно? — сконфуженно выдала подруга спустя минуту так, словно у нее имелась неприятная тайна, способная разрушить их дружбу.
У Тишки возникли смутные чувства. Ей по-прежнему хотелось бы доверять своей давней подруге. Она — единственный человек, который в отличии от матери попытался ее понять, несмотря на разность в позициях относительно младшего Громова.
— Ты меня пугаешь, — не стала утаивать Тиханова истинных эмоций. — Олесь, что случилось?
— Может, встретимся у меня завтра вечером? Там нет лишних ушей, — настойчиво предложила Лилии Кораблева, вызывая новые и новые вопросы.
Лильку сильнее начали одолевать противоречивые ощущения. Она запутывалась в них все больше.
— Хорошо, — наконец-то сдалась жалобным глазам девушки тихоня.
Это было ее слабое место вместе с бездомными котятами.
— Если не сможешь прийти, напишешь в мессенджер. Не забудь только. Я сейчас, как и ты, не совсем располагаю собственным временем. Постоянно находятся те, кто рушит все мои планы. Эх. Как жаль, что отдельная квартира — не гарантия свободы от близких, — с некой болью поделилась Олесенька.
— Ладно, — согласилась Тишка, зная не понаслышке, на сколько не айс вмешательство семьи в слишком личное пространство.
А когда они пришли еще и на работу .... Хуже быть для Тихой ничего не может.
— Ни пуха, ни пера, Лиль, — пожелала Кораблева, до последнего стремясь сохранить более тёплые нотки в общении.
Тиханова коротко кивнула, прекрасно понимая, что не сможет вечно отсиживаться на работе. Ей предстоит срочно получить ответ: кто пожелал занять официально почётное звание ее молодого человека.
Родительская благосклонность к нему уже немало настораживала.
«Надеюсь, это не какой-нибудь старикашка с многомиллионными счетами в банке», — мысленно перекрестилась серая мышь, прежде чем направиться к выходу.
Опомнившись, девушка ловко подхватила с диванчика форму. Снять-то, сняла, только на этом ограничиваться нельзя. Как минимум, следовало прибрать на законное место.
— Ты вчера куртку забыла, — будничным голосом напомнила Олеся, не отрываясь от персональных сборов.
— А, да. Спасибо, — мгновенно засмущалась Тишка, вешая на место в шкафчик рабочий наряд.
— Любовь... Вы с ней такие рассеянные, — мамой года констатировала факт Кораблева, придирчивым взглядом изучая свою сменную обувь. — Ты будь внимательнее. Завтра не наша смена. Баранкова, по словам Миланы, какая-то не такая в последнюю неделю. Как бы чего не выкинула мелкая мерзавка.