«Действительно. Кто?» — всерьез задумалась Лилька.
Медленно, но верно молодая узница внезапно начала осознавать, где проходят невидимые границы ее клетки. Впервые Тихая почувствовала как таковое наличие собственной тюрьмы, в которой слепо находится столько лет.
— В мире нет идеальных людей, условий или отношений. Это ЛОВУШКА, — без сомнения озвучил Артем. — Идем. Купим нашим родителям продукты. Первый шаг сделан. Не будем останавливаться.
— А ты умеешь произвести нужное впечатление. Кто научил тебя этому? — с большим интересом уточнила девушка.
— Жизнь. Знаешь, та самая. Неидеальная...
***
Максим
День мучительно протянулся до самого вечера, стоило младшему Громову открыть магазин.
Бесконечные полки с товаром, подсчет его, хождение между рядами, поправка передвинутых вещей либо возвращение на предназначенное место, вопросы покупателей, помощь им, рекомендации в выборе для самых неуверенных и усталый взгляд, наверно,переваливший за тысячу, на большие настенные часы.
Их внушительные стрелки на фоне лесного осеннего пейзажа лениво ползли до нужной отметки, рождая размеренным тиком в душе мажора отчаяние.
Он вынужден сидеть сложа руки, пока кто-то находится рядом с его любимой. Это было настоящим испытанием на прочность. Но если вмешается, если не выдержит, Лилия останется обречена на еще более жесткий надсмотр. Тогда мажор не поможет, а лишь все испортит.
«Дурацкий резиновый день! Да когда он уже закончится?!» — ни раз спрашивал про себя Макс в перерывах между приходящими покупателями.
Реклама Белоусова работала. Клиенты прибавлялись. Появлялись даже индивидуальные заказы. Бизнес плавно шел вверх и в перспективе обещал вполне неплохой доход. В будущем они с Артемом могли позволить себе расширение.
Чтобы хоть немного скрасить нудные часы ожидания юноша бороздил с помощью интернета телефона заветные сайты с запчастями для авто. Выбирал те, что улучшат мощность двигателя. Все искал более приемлемые варианты, периодически прокручивая в голове прошлые соревнования.
Матерый обошел Грома, превосходя в скорости разгона буквально чуть-чуть, в какие-то жалкие доли секунд, однако на трассе это чуть-чуть дорого обошлось Максиму. Оно обернулось проигрышем. Мажор жаждал реванша. Он не любил болтаться в проигравших. Трасса — его стихия. А в ней гонщик предпочитал числиться лучшим. Его персональный пунктик.
Людей за часы работы заглянуло немало, но не один из них не мог надолго увлечь парня разговорами. Его мысли угрюмым вороном кружили вокруг рискованной аферы.
Он не мог до конца относиться равнодушно к новому риску, как не пытался убедить себя, что все-таки знает Артема лучше нежели кто-либо. Его друг — стойкий персонаж. С Алисой только дал осечку. Умело гадина поймала Темку, наверное, следила за ним, когда задалась целью ударить в спину Максима побольнее. Не понравилось ей, что Гром никогда собачкой не был и ради нее становиться не собирался.
Она использовала Артема в качестве средства причинить наибольшие мучения непослушной марионетке. Макс сразу считал данный посыл. Успенская обожала такие схемы. Поэтому мажор слепо карать не стал провинившегося.
Он вернулся мыслями к плану.
Белоусов, в идеале, был шикарной наживкой для родителей девушки. Тем более тот частично знал, с кем предстояла дипломатическая работа, нацеленная на освобождение принцессы из замка двуглавого дракона. Темка справится — Макс не сомневался. Осталось дождаться итогов.
Потом, возможно, когда-нибудь потом Тихановы все узнают и непременно захотят нанести ответный удар по одному самонадеянному умнику, но ...
Все это под пометкой «когда-нибудь», а там широкий спектр вероятностей. Сейчас главное не отступать.
Его размышления прервал звонок. Парень тут же достал из кармана дотошный айфон. На дисплее вдруг отобразилось малоприятное «Батя».
Он принял входящий.
— Максим, привет. Есть разговор. Ты через сколько дома будешь? — сухо поинтересовался Андрей Валерьевич.
— Примерно через час, — в стиле бизнесмена отозвался его единственный наследник.
— Жду, — просто сказал мужчина, после чего звонок оборвался, оставив внутри мажора нехорошее предчувствие насчет предстоящего вечера.
Гром с невозмутимым выражением лица убрал обратно мобильный и достал книгу учета товара. Ему нужно было отметить продажи. Привычная работа помогала отвлечься от того мусора, который прочно засел в голове. Меньше всего парню хотелось вспоминать Успенскую, рассматривать ее возможные жалобы отцам на вопиющее поведение мужа и последствия, которые непременно сожрут часть нервной системы и не подавятся.