— Где, говоришь, краску такую брала? — спросили из-за спины.
Я испугалась. Не так. Я ИСПУГАЛАСЬ! Пироги и булки в авоське, которые мне собрал Роман на открытие, сделали круг и приземлились прямо на голову соседу-ювелиру. Ермолай Аристархович как стоял так и упал. В куст. В розовый и шипастый.
На крики выскочила его жена и я снова залюбовалась ее красотой. Ну ведь хороша! Кудри в крупные кольца, локоны блестят, губы алеют и глаза сияют… Как-то недобро они сияют. На всякий случай отошла подальше.
— Ты чего тут отираешься, голуба? — опасно-ласково спросила она.
Ой! А как звать-то эту фурию? И спросить не у кого.
— Уважаемая, — начала я торжественно — Ваш супруг лишился чувств от моего наивыгоднейшего предложения! Я ищу вашей дочери мужа бесплатно, а вы мне делаете рекламу. Ну, а сына я вашего пристрою потом за полцены.
Ну и когда я начну зарабатывать на этом деле? Хотя… Сначала имя делаем, а потом уже имя будет работать само!
— Какое еще предложение?! — прорычал ювелир, выбираясь из розочек. — Ты ж меня камнями в сумке приголубила, а я только невиннейший вопрос задал!
Пришлось доставать из авоськи сверток, разворачивать его и демонстрировать пирожки теперь уж совсем непрезентабельного вида. Наисвежайшие — наимягчайшие! Аромат разнесся вокруг и пробудил аппетит у всех. Тут же был организован чай в самоваре и столик на улочке под самыми окнами сбоку. Не на дороге же сидеть, хоть и погодка позволяет.
Сидим, жуем и посматриваем на мой салон свахи. Красиво. Ювелир опять завел беседу о месте приобретения золотой краски. Пришлось рассказать, но это в обмен на Серафиму. Выбор жениха все равно остается за Ермолаем Аристарховичем. Договорились на согласовку списка предполагаемых женихов и, после отбраковки неугодных и утверждения оставшихся, провести отбор. Жена ювелира сидела и молча крестилась.
Серафима, подслушивающая у окна, радостно взвизгнула. С подоконника слетел горшок с цветком и разбился. От неожиданности мы втроем подавились. Крошки пирожков полетели и засыпали все вокруг. Голуби тоже полетели и все вокруг заср… Понятно, да? Мы откашлялись, напоили друг друга чаем, постучали по спинам, а голуби в это время прибрали крошки. Белые каки остались.
Я быстро слиняла в салон, сказав, что первый клиент уже стучится в дверь, а главная и единственная официальная сваха Малых Колоколов чаи расхлебывает.
Слащавенький и какой-то прилизанный товарищ уже сидел за столом в приёмной и любезничал с Веселеей. И комплимент отвесил о её красоте, и букетик ромашек вручил, и ручку поцеловал…
— Кхе-кхе! — обозначила своё присутствие и раздражённо протопала к стулу рядом с напарницей. — Надеюсь, я помешала.
Веся облегченно вздохнула и пожала мне руку под столом, чтобы этот пижон в дорогом костюме не заметил. Довёл уже бедняжку. А ведь я его спасла от скоропостижной и безвременной!
— С чем пожаловали? — взялась я за дело.
— Невесту хочу найти. — ответил он и выразительно посмотрел на Веселею.
— Нужно составить психологические портреты и заполнить анкеты. — треснула я ладошкой по столу, привлекая к себе внимание.
— Мне уже прекрасная нимфа это сообщила, но я уже нашел свою единственную. — мерзко улыбнулся этот пижон.
Или не мерзко. Но мне он совершенно не понравился, а потому продолжаем давить.
— Если вам нужны наши услуги, то придется следовать нашим правилам!
Пижон поморщился, но согласился. В кабинет психолога мы прошли втроем. Веселея заполнила ФИО, место проживания и работы и уже приступила к остальным простым вопросам, как меня отвлекли из приемной и пришлось выйти.
Две минуты! Две маленьких, коротеньких минутки меня не было, пока я встречала Ираиду с Ибрагимом и пирожными, а у Веси все пошло не по плану. Глухой стук, вскрик и тяжелый удар о пол. Это все, что мы услышали. Наша юрист вышла, держа толстую книгу в руках и уселась на стул.
Мы переглянулись и ломанулись в кабинет. Прилизанный валялся на полу без сознания. Сражен неотразимостью нашего штатного юриста? На лбу товарища проступала здоровая шишка.
— Солнышко, — послышался из приемной голос Ибрагима — Что случилось?
— У клиента солнечный удар. — ответила я. — Солнышко по имени Веся, чем ты его так?
— Вот. — жалобно и чуть не плача показала она нам книгу.
— Ну чего ты так переживаешь? — попыталась я успокоить ее. — Ты ж не убила его! Иришка, — сунулась обратно я — Не убила ведь?