– Прошу вас не пересекать эту границу, пока леса не позволят, – обратилась к сандэлам Шида. – Можете разбивать лагерь и заниматься своими делами.
Сандэлы были обескуражены странным поведением девушки, но одобряющий кивок Левана сделал свое дело. Кто-то все же недовольно бормотал себе под нос, что, мол, сыскалась фифа.
Анданта решила поставить свою магическую палатку-комнату на краю лагеря у созданной стены. К тому же она догадывалась, что сандэлы, являясь Ночной стороной, вряд ли будут спать ночью, и чтобы их разговоры не мешали ей отдыхать, стоило закрыться куполом, слабо пропускающим звуки.
Когда палатка была готова, внутри она оказалось гораздо просторнее, чем на самом деле. Будто комната квартиры: здесь была и кровать, и стол со стулом, полки с книгами, еще один стол для травничества и прочих магическим дел. А вот половицы продолжали скрипеть, напоминая свантесатке о прежних путешествиях. Давно Шида не пользовалась этой палаткой, очень давно. Она улыбнулась сама себе и легла на низенькую кровать, чтобы отдохнуть.
Дело близилось к ночи, когда Леван спросил своего верного друга Савву:
– Она так и не выходила?
– Нет. Прикажешь приставить ей кого-нибудь?
Леван отпил чая и кивнул:
– Да, пожалуй, стоит. Пусть последят на всякий случай. Ада, конечно, заверяла меня, что нет поводов сомневаться в этой Шиде. Но доверяй, да проверяй.
– Согласен, – кивнул Савва и ушел отдать распоряжение.
Глава 5
Утро было теплым, и через окошко палатки-комнатки на пол падали солнечные лучи. Внутренние часы подсказывали Шиде, что пора просыпаться, начинается новый день. Девушка потянулась, но вставать не стала, сегодня ей не нужно спешить, а до следующего ритуала времени было достаточно, чтобы поваляться в постели. Она перевернулась на бок и обняла подушку, как в детстве обнимала одну из своих любимых игрушек, когда добрая и обожаемая всеми детьми дома Ксимиль няня Ия перед сном заглядывала поочередно к каждому, чтобы пожелать приятных сновидений и поправить одеяла. Ия была тем редким человеком, который так самозабвенно заботился о младшем поколении. Ши вдруг подумала о том, что ее постоянно если не опекали то, по крайней мере, рядом находился тот, кто следил за ней и невидимой рукой поддерживал. Она не была одинокой в мире, ни в коем случае. Возможно не слишком много друзей и знакомых, но общения ей хватало сполна.
По сложившейся традиции детей рода Ксемиль обучали до девяти лет дома, но из-за своей стеснительности Ши было сложно учиться со сверстниками. Она выделялась в немногочисленном классе своей внешностью из-за примеси магии отца-тенида. Другие дети не обращали на это внимание и относились к девочке как к равной, но все же она переживала. Даже любимая Ия не могла успокоить девочку, и тогда предложила Анке, матери, отправить ребенка в обычную магическую школу. Такой вариант устроил всех, и со следующего полугодия Шида уезжала в город, а выходные проводила в родном доме. Именно в новой школе она особенно заинтересовалась природой, травами и зельями. Один год в их обучении был общеразвивающим для всех детей вне зависимости от магической стороны. Когда после летних каникул она вновь пришла в свой любимый класс, то ее встретил совершенно другой преподаватель. Он лично проверял детей при пропуске в кабинет и, когда увидел Шиду, был очень удивлен:
– А что ты здесь делаешь?
– Я пришла на занятие, – опешила Шида.
– Но твой курс закончился, теперь только тениды и светилы будут обучаться. А тебе пора на уроки левитации.
– Но я хочу сюда.
Ответ девочки настолько поразил учителя, что он не знал, как реагировать.
Он смерил ее взглядом и будто ждал чего, а Шида же упорно стояла на своем и не собиралась уходить. Позднее она понимала, что это было ее первое выступление против чьей-либо воли в защиту своих интересов. Яков, так звали этого учителя, который по совместительству был главой магической школы, несмотря на запреты и непонимания других пустил Шиду в класс. Он объяснял это тем, что в ребенке очень сильная доля магии тениды, и она имеет полное право обучаться любимому предмету. Была словесная договоренность, что на период проверок Шида не будет лишний раз светиться, а на самих уроках обещала вести себя послушно и тихо. К сожалению, ей также не разрешалось устно отвечать и ее работы проверялись, но не сдавались в общий архив. Шида чувствовала себя счастливой, занимаясь любимым делом, которое увлекало ее больше всего в жизни. Благодаря Якову она развила и сохранила в себе понимание и уважение к природе. Так забота няни Ии переросла в опеку со стороны Якова, хоть и мнимую.