В центре каремата стояли Шида и Савва на расстоянии вытянутой руки друг от друга. Шида приняла основную позу ритуального танца, как утром прошлого дня. Савва же принял мужскую основную позицию, а именно отличалось положение левой руки, она была просто опущена, а также он спокойно стоял на прямых ногах.
Все замолчали и прислушались к лесу, услышав стрекотание насекомых и шуршащую листву. Отсчитав до пяти, несколько сандэлов заиграли на барабанах, другие подхватили мелодию маракасами, а особые яркие нотки добавлялись благодаря тихим и нежным колокольчикам. Наконец, запела Шида, при этом меняя положения рук и ног. Пела она на старинном языке, который считался языком леса, особым шифром общения с природой. Он звучал только в песнях, но говорить на нем было невозможно, так как грамматика была нулевая и поддавалась логическому объяснению с превеликим трудом. Несмотря на сложности Шида всегда разбирала все песни, чтобы понять, о чем именно она будет петь в той же «Виве». К голосу Шиды присоединился и голос Саввы, который добавил большей уверенности и основательности ритуалу приветствия леса.
Стоило им умолкнуть, как в игру ворвался редкий в Свантесате инструмент бюзуки. Он звучал недолго, но привнес оживление и дал передохнуть людям. Наконец все инструменты и голоса Шиды с Саввой зазвучали в унисон, и все участвующих начали отхлопывать особый ритм, и одна из сандэл набивала в бубен.
Вновь все замолчали, оставив лишь бюзуки, но теперь уже все девушки, окружившие каремат в один голос нараспев приветствовали лес: «Вива! Вива! Вива да лесье Вам!». Все почувствовали необычайную энергетику и задорно с новой силой ударили в свои инструменты, а Шида с Саввой активно затанцевали. Они много кружились, менялись местами, играли, словно ветвями деревьев, при этом крутя в каждой руке по палочке, издающей звук похожий на маракасы. Часто перекидывались этими палочками в такт музыке. Кто-то из сандэлов зажег маленькие костры в воздухе, добавив треск дров, которые поддерживались звоном множества браслетов на запястьях Шиды.
Леван, как и в прошлый раз, наблюдал за всем со стороны и улыбался. Его удивляло то, как их проводница оживала по время подобных ритуалов. Глаза наполнялись жизненным блеском, улыбка сияла, и сама она словно уже не ходила по земле и легко прыгала. Вдруг он поймал себя на мысли, что его постоянно манит к девушке неизвестная сила.
Все сандэлы были необычайно довольны тем, что не только посмотрели зрелище «Вивы», но и приняли участие. Они смеялись и хвалили друг друга за отличную игру. Чувствовалась непринужденная дружеская обстановка, а сами же Савва и Шида обменялись благодарственными объятиями в знак полного удовлетворения выбора пары на танец.
Когда эмоциональный взрыв начал падать сандэлы-бойцы помогли Шиде оттащить музыкальные инструменты к ее палатке, по пути продолжая комментировать, как им все понравилось. Кто-то даже говорил, что эти инструменты точно особенные потому, как музыка будто сама лилась из них.
– А так и есть, – улыбнулась Шида. – Вы все не раз играли «Виву», а инструменты слышали ваши воспоминания и помогали не сбиться. Более того я вам скажу, Шепчущим лесам очень понравилось наше «приветствие», они будут более лояльны к нам. Спасибо, что прислушиваетесь.
Анданте и вправду было отрадно на душе, что за несколько дней все ребята и девушки прониклись идеями, что природа это священное и ни в коем случае нельзя посягать на ее здоровье. Шида вновь убедилась в том, что в каждой магической стороне есть благородные свантесаты.
Глубоким вечером этого же дня Шида отправилась на разведку берега за выступом. Леван один из немногих приметил знакомый силуэт и сосредоточился на том, чтобы не упустить ее возвращение. Но девушка так и не появлялась, прошло больше часа, но никто так и не появился. Леван был стопроцентно уверен, что не пропустил ее, и девушка не использовала магию для перемещения в пространстве обратно в лагерь. Он занервничал и решил отправиться на поиски.
Сандэл как тень скользнул за выступ берега и практически сразу же увидел Шиду. Он застал ее стоящей по колено в воде. Против лунного света он увидел, что девушка обнажена, но больший интерес привлек на себя необычный рисунок на спине, который подсвечивался магическими серебристыми и голубыми чернилами. Леван и раньше замечал на ее шее что-то похожее на татуировку, но оказалось, что это лишь малая часть.
Девушка опустилась в воду и поплыла вперед на несколько метров. Леван сел на песок и наблюдал за ней, сам не зная почему. Разум говорил, что необходимо держаться поближе к ней для ее же безопасности, а сердце тем временем волнительно билось в груди. Шида поплыла обратно и совершенно спокойно вышла из воды на берег. Леван, не сводя взгляда с ее глаз, поднялся с земли. Легкая дрожь бежала по телу анданты.