– Полковник! – с комком в горле ответила Фу Чен. – По выводам всех программ тестирования пилотов, только Селена Сварова, командир второго крейсера, обладает такими навыками пилотирования. Только она могла совершить такой скоростной рейд обратно и помочь гибнущему экипажу.
– Но как они узнали?
– Не знаю. Ничего не приходит на ум.
– Недаром Селену Сварову прозвали Ведьмой, – заметил один из рядом стоящих сотрудников ЦУПа. – После всего, что я сегодня видел… нет, она – точно Ведьма!
– Я и сама не верю в то, что я сегодня, а, особенно, сейчас увидела. Хотя… наверное, любовь им помогла сделать это.
– Простите, я вас не совсем понимаю, генерал.
– А что тут понимать, полковник? Радомир и Селена Сваровы – муж и жена.
– Вот как?! А я думал, что они брат и сестра.
– Нет, полковник. Это самая молодая семья офицеров Земной Федерации. И постоянно глядя на них, на их деяния и подвиги, которые уже стали примерами для остальных командиров, я всё больше убеждаюсь в правоте слов моего мужа. Это не просто люди. Это боги в обличии людей, спустившиеся с небес и помогающие всему человечеству в борьбе за выживание.
* * *
Сделав центробежное движение телом, Радомир устремился вниз на помощь Смирнову.
Десантники, вместе с местным ополчением держали оборону по периметру эвакуации. Боезапас у всех был практически на исходе.
– Майор! – обратился Смирнов к командиру ополчения Северного района, – как только они распакуют «солнцепеки» – нам крышка. Если танки в городе подбиваются на раз, то от этой хрени уже ничего не спасёт. Валите к эвакуационным порталам. Мы вас всех прикроем.
– А может наоборот? – спросил его майор – Давайте мы примем бой. А вы и так столько сделали для нас. Главное – гражданские уже эвакуируются.
– Давайте будем без «давайте». Ты сражаться с ними вот этими пукалками будешь? – указал Смирнов на «калаш» майора. – Против танков и самолётов?! Ну-ну! Вали, сказал же тебе!
Внезапно в небе появился десантный транспортник. Он резко притормозил у земли, и из него посыпалась вниз, размалёванная причудливыми узорами на лицах, группа девушек.
– А это кто такие?! – вскричал майор. – Ещё одно подкрепление для зэмов?!
– Это смерть пришла по ходу за ними! – хохотнул Смирнов. – Опаньки! Амазонки нарисовались! Ну, мы им сейчас вместе дадим прикурить!
– Амазонки? Какие амазонки?! – не понял майор.
– Лучше не мельтеши, а посмотри, что сейчас будет. Привет, Гомес! – поздоровался Степан с подошедшей к нему Рамирой, – не утерпели?!
– Привет, бугай! Держи батареи для своего «пылесоса»! И пару рожков патронов тоже подкину! – ответила ему та. – Ну, сейчас мы им покажем! Потери есть?
– Нет. Тьфу-тьфу-тьфу. Только среди ополчения.
– Тогда так: мальчики направо, девочки – налево. Не жадничаем! Поехали!
Вдруг небо озарилось багровым светом, и десантники увидели как силуэт в скафандре, окружённый этим сиянием, пролетел в сторону колонны с вражеской бронетехникой.
– Это кто такой?! – сурово спросила Рамира. – Что за явление Христа народу?!
– Ты его не трожь! – также сурово ответил Степан. – Это наш командир! Ясно?!
– Обалдеть! – только и мог сказать майор. – Сначала амазонки, потом рыцарь с мечом… слушайте! Куда я попал?! Мне в психушку пора! Сплошные галлюцинации!
Радомир на большой скорости подлетел к группе противника, которая в спешном порядке распаковывала целую батарею реактивных установок залпового огня. Он не стал дожидаться, когда его заметят и, быстро остановившись, направил всю мощь своей энергии на них. Огненный смерч поднялся на высоту около двух километров, на минуту затмив солнце. Когда пламя погасло, вражеской батареи и колонны танков больше не существовало.
– Вот это там шандарахнуло! – удивилась Рамира. – Стёпа! Это он так могёт?
– Не могёт, а мо́гет, ясно?!
– А то! Ну, теперь зачистим до конца пехоту! Зомбаков много?
– Не очень. Эту работу за нас выполнили зэмы.
– А мы тоже пойдём на зачистку? – спросил отошедший от шока майор.
– Ты ещё здесь?! – рявкнул на него Степан. – Или приказы от старшего по званию нарушать вздумал?! Вали! Одна нога здесь…
* * *
Штурмовые истребители завязали бой с превосходящими силами противника. И хотя самолёты уступали им по вооружению, но по манёвренности, в ближнем бою, они были почти на равных. Штурмовики уничтожили около сотни самолётов, но и сами потеряли пятнадцать машин. Практически все пилоты истребителей поддержки эвакуации катапультировались, но и на земле им пришлось вступить в бой. Защитники города, видя, как сражаются их спасители в воздухе, предпринимали молниеносные героические рейды, не считаясь со своими потерями, и прилагали титанические усилия к освобождению пилотов и ликвидации противника.