– За ТРИ! – ответила та и пулей выскочила к ангару.
Не застёгивая страховочные ремни, Светлана запустила двигатели и в сложном пируэте вывалилась вниз. Там, на земле, на крохотной площадке, среди обломков здания, стоял, обливаясь потом и кровью, её единственный и любимый оставшийся в живых человек. Степан, яростно молотя из огнестрела и бластера, зажав их в обеих руках, уже мысленно попрощался с супругой и жизнью, когда сверху, выполняя невероятные акробатические трюки, свалился вниз штурмовик. Ценой неимоверных перегрузок он остановился в метре от земли и открыл фонарь. На Степана смотрело перекошенное от пережитых нагрузок лицо жены.
– Чего стоишь?! – прохрипела она.
Дав короткую очередь последним боезапасом, Степан отбросил оружие и ласточкой влетел в истребитель, больно ударившись разными частями тела о корпус внутри. Всё его тело ныло, но когда он увидел, в тонированный внутри фонарь, лицо жены, сразу забыл про боль.
– Света, зачем?! Пусть лучше ты осталась бы жива. А так – вдвоём пропадём!
Светлана не отвечала. Она вела штурмовик по какой-то немыслимой траектории, временами совершая обходные манёвры или открывая огонь из оружия, тем самым расчищая себе дорогу. Эти неподвластные логике действия замедлили отсчёт времени для четы Смирновых. Когда до взрыва оставалось всего несколько секунд, штурмовик буквально впрыгнул в «Амазонку», с трудом погасил скорость в шлюзе и остановился в десятке сантиметров от стены. Светлана упала в глубокий обморок, от всех пережитых нагрузок, прямо на приборную панель. Степан открыл фонарь, вытащил бесчувственное тело жены и заорал:
– Девчонки! Света без сознания! Срочно медпомощь!
Его организм, сломленный сначала нервным напряжением боя и ранениями, а затем чудовищными перегрузками, тоже дал осечку. Смирнов стал медленно оседать на пол, заботливо прикрывая собой тело супруги от ушибов. Сильные руки амазонок подхватили их и потащили в медотсек.
Мощный ядерный взрыв раздался над территорией Воронежа. Гигантский белёсый гриб воспарил над городом, превращаясь во всепожирающую огненную волну и постепенно расходясь в разные стороны, ломая и круша все здания и сооружения. Спустя несколько минут электромагнитная волна, медленно разливаясь от места падения ядерного заряда, достигла реакторов Нововоронежской АЭС. Электронные цепи защиты станции не выдержали этого импульса и отключились. Работавшие и законсервированные блоки АЭС, оставшись без контрольных систем блокировки критических уровней, сдетонировали и мощнейший за всю историю планеты выброс радиоактивных нуклидов превратил Восточно-Европейскую равнину в безжизненное пространство.
Но оба крейсера этого уже не видели. Они устремились в сторону Лунной Базы, где в скором времени их ожидал отдых после трудного задания.
– «Амазонка» – «Витязю». Радомир! Смирнов спасён. Он у меня на крейсере. Получишь его на Базе. Он немного ранен, но ничего серьёзного.
– «Витязь» – «Амазонке». Дорогая! Спасибо большое! У вас потери есть?
– Две девушки, обе пилоты. Пали смертью храбрых.
– У меня один пилот. И тоже погиб смертью храбрых.
– На душе тяжесть. Хочется выть, но только погибшим девочкам этим уже не поможешь.
– Тяжёлый был бой.
– Амазонки просят передать, что теперь парни им как братья.
– То, что вы сделали для нас, девчонки… просто нет слов, чтобы описать это. Мы теперь точно одно целое с вами, без всяких условий.
* * *
«Витязь» тяжело шёл до Лунной Базы. Его силовая установка была почти расплавлена и Рамирес с коллегами поддерживали её работоспособность, ежеминутно меняя некоторые детали и узлы, заливая диэлектрической пеной постоянно накаляющуюся проводку и матерясь при этом. «Амазонка» специально не уходила в отрыв, понимая, что в любой момент коллеги могут лишиться двигательной установки и тогда им придётся помогать с посадкой.
Спустя какое-то время оба крейсера благополучно добрались до причала Лунного Порта и закрепились на стояночных местах. Гофрированные переходные шлюзы подползли к звездолётам, прочно присоединились с крейсерами и в помещение военной части Космопорта, с гиканьем, вывалилась целая орава десантников с обоих кораблей. Персонал порта не только не испугался такого возвращения участников миссии спасения, а наоборот, встретил их большими овациями. Наконец, последними из кораблей вышли их командиры. Десантники и персонал встретили их ещё бурными рукоплесканиями и свистом. Селена и Радомир сошлись почти в центре зала и обнялись.