- Право, Кириллка, не знаю, что тебе и сказать. Вроде и женился бы, подвернись жена подходящая. Но боязно, как бы не взять себе чёрта на голову: с музыкой в дом приведу, а после тысяча попов не избавят; выйдет мне тогда эта женитьба боком!
- Вот, значит, чего ты боишься, хозяин! Ну, раз так, положись на меня; такую я тебе жёнушку отыщу, каких больше в целом свете нет. Потому что женское сердце у меня как на ладони. Скажу, не хвалясь, что знаю я всё их нутро. Ночью во тьме могу невесту тебе выбрать. Для другого не стал бы возиться, хоть бы золотом меня осыпали. Но ради тебя - дело другое. Уж очень хочу тебя человеком сделать, в ряду со всеми. Сам видишь: другие, не лучше тебя, только по этой причине нос задирают. Будто ты жену прокормить не способен.
- Чудной ты какой-то, Кириллка! С ума человека сводишь своими речами. Вот так свата нашёл я себе! Не знаю, кто тебя в мой дом подослал, но, ей-богу, смышлён ты, ничего не скажешь. Временами стою и думаю, откуда у тебя сила такая? Нет-нет, да и скажу вместе с нашим попом: человек ты, чёрт ли, призрак ли, только дело тут не совсем чисто. Однако будь ты хоть кто, а пригодился мне крепко! Но скажи, как мне жену выбирать будешь?
- А - вот как, В воскресенье пойдём с тобой в одну деревню на хоровод. Я с пацанами в стороне постою, а ты в пляску вступай с девушкой, что приглянется. Я её тоже хорошенечко разгляжу и тебе потом растолкую, какова она есть.
- Это ты, Кириллка, неплохо придумал. Всё-таки чёртов ты хлопец, ей-богу.
- Что ж, хозяин, по нынешним временам не будь ты с чёртом в ладу - святые одолеют, тоже ведь нехорошо.
- Ну и востер ты на язык, Кириллка!
Однако сказано сделано, отправились Ипат с Кириллкой в деревню на хоровод. Воробышек, как мальчишкам положено, на забор взгромоздился, с другими озорниками зубы скалит.
А Ипат девушку себе заприметил, стоит в сторонке, взор потупила, губки в ниточку поджимает. Платье нарядное, руки белые косу перебирают. Ипат тут как тут, рядышком трется, глазами ест её сверху донизу, снизу доверху; пока хоровод кружится, то руку ей покрепче пожмёт, то на ножку наступит, то... словом, как парню положено. Топ сюда, топ туда! Понравилась девка Ипату, вот-вот влюбится! Кириллка, конечно, тут как тут. Только вышел Ипат из пляски, говорит ему чёртов хлопчик:
- Вроде раскраснелся ты как, лицом то хозяин, неужто понравилась тебе девка?
- Не знаю, Кириллка, что и сказать. Девушка хороша. Скромна, видать не спесива. Огня в ней правда нет, но, думаю расшевелю, загорится. Давай, Кириллка, сватать!
-Невозможно зажечь воду, не горит гладь озерная. Нет, хозяин, уж если хочешь меня послушать, то с этой не связывайся. Ишь ведь девчонка какая, и не улыбнётся. Совсем святая на вид! А от такой вот святоши за одну ночь поседел мой дядя в колодце.
- Что ты говоришь такое, Кириллка? О чем ты?
- О том, хозяин. Что нет человека, чтоб страсти в нем совсем нибыло, и только монахи да монашки умеют ту страсть устранить правильно. А остальные лишь придушивают. И тем самым губят себя. Потому как их та страсть изнутри выжигать начинает. И крепят они её и крепят, и недовольные всем вокруг делаются. И в один прекрасный день, думает такая жёнка, а зачем мне постылый муж...
- Ой, Кириллка, тфу на тебя. Наговорил тут! Всю охоту отбил!. Сначала смотрел - милой да скромной казалась, теперь смотрю - змеиный взгляд у нее, холодный, равнодушный. Пошли вон от сюда, отбил ты мне всю охоту...
Снова проходит неделя, за ней другая, дни в заботах пролетают, но уговорил таки Воробышек хозяина опять на хоровод идти, в другую деревню.
Ипат снова девушку себе заприметил, рядом с нею в пляску вступает; пляшет, заговаривает, а та, плутовка, голову ему кружмя кружит. Глазами стреляет черными, станом стройным крутит. Загорелся Ипат! Да Кириллка тут как тут!
- Э, хозяин, смотрю, приглянулась тебе красавица!
- Да вроде так, Кириллка! Вот эта по мне! Огонь девка! Стало быть она не только в хороводе, но и в огороде такая шустрая!
- Э нет, пане Ипате, не в огороде а не перине она такая шустрая да верткая! Знай же, что и эта не про нас. Вот ведь какая на вид, огонь говоришь, но как только ты за порог, этот огонь и другого путника пригреет, коли дров хорошенько подкинет.
- Ты о чем это Кириллка? Вроде мал еще, а о таких вещах толкуешь, как мужик седой!
- Знаю, о чем толкую, хозяин, доверься мне, знать не пришел твой час!
- Да ведь в наше-то время, ей-богу, не знаю, Кириллка, где такую святую найдём, какую ты ищешь.
- Да нет, хозяин, положись на меня, уж я знаю, что делаю.
- Да ладно, тфу на них, пошли домой, Кириллка, опять настроения никакого нету! Лучше, чего по хозяйству сделаем! И не пойду я больше на эти хороводы!