— Я должен иметь уверенность… за Дженни… — сказал Моллер.
Гонн в ярости протянул к нему сжатые в кулаки руки.
— Мои деньги… спрятаны… — заговорил Моллер, — но обещай мне, дай клятву… что Дженни…
— Да, да, — прохрипел в ярости Гонн, — сколько раз еще повторять? Я сделаю ее счастливой, и она должна будет благодарить меня за то, что я сделал ей; говори же, будь ты проклят! Где спрятаны деньги?
Он наклонился, но Моллер, ослабев от усилий, закрыл глаза и отвернул голову.
— Где спрятаны, раздери тебя черти! — повторил Гонн сквозь стиснутые зубы.
Моллер полуоткрыл глаза и с усилием зашептал. Гонн с проклятием заставил его повторить и прислонил свое ухо почти к его губам, но в то же мгновение его рот был захвачен, и на его шею легла рука самого сильного человека в Риверстоне. Словно железными клещами, эта рука сдавила его, приподняла и положила поперек постели.
— Ты, подлая собака! — услышал он свистящий голос у своего уха, — ты узнал правду. Я — капитан Роджерс, и теперь можешь назвать и выдать меня, если пожелаешь. Кричи об этом, чертово отродье! Кричи громче!
Роджерс поднялся на постели, встал и легко опрокинул негодяя на спину. Глаза Гонна вылезли из орбит, лицо потемнело, тело конвульсивно вздрагивало.
— Я знал, что ты — мерзавец, Гонн, — заговорил Роджерс, то ослабляя, то стискивая его горло, — но оказалось — ты хуже собаки. Когда ты вздумал стращать меня, я решил убить тебя сразу… Но, когда ты стал преследовать мою падчерицу, я захотел, чтобы ты имел десять жизней, дабы я мог отнять их одну за другой. Получай счетом!
Он взглянул через плечо на безмолвную фигуру сиделки и стал сжимать свои могучие руки.
Гонн стал корчиться.
— Жаль мне тебя, добрый Гонн, — тихо проговорил Роджер. — Завтра утром тебя найдут в комнате задушенным, и если эта смерть принесет моему дому некоторую перемену, то тем лучше дело. Когда я выздоровлю, все пойдет по-иному. Я уже чувствую себя несколько сильнее, ты замечаешь это, Гонн?.. и через месяц совсем оправлюсь.
Роджерс отвернул свое лицо, принял свои руки и несколько мгновений прислушивался к тишине. Затем он легко поднял мертвого Гонна, положил его себе на плечо, тихо и осторожно перенес его в его комнату и положил на пол. Затем он так же тихо и осторожно взял его башмаки и надел на его ноги, после чего вывернул ему карманы и рассыпал по полу деньги.
Тогда, спустившись вниз по лестнице, он открыл заднюю дверь. Дворовая собака залилась лаем, и Роджерс вернулся назад в свою комнату и лег в постель.
Сиделка все еще спала пред потухающим камином.
На рассвете она проснулась, вздрагивая от холода, и так как всегда очень заботилась о своей репутации, то развела огонь в камине, отмерила дозу лекарства, которую должна была дать больному, и выплеснула ее в огонь. На все эти приготовления, чтобы установить алиби, капитан Роджерс смотрел полуоткрытыми глазами, а затем повернул свое улыбающееся лицо к стене и стал ждать, когда в доме поднимется тревога.
Captain Rogers (1901)
Двойное предложение
Майор Брилл, отставной офицер служивший ранее в Фенширских волонтерах, стоя перед небольшим зеркалом вешалки для шляп, твердой и опытной рукой слегка сдвинул свой новенький цилиндр вправо. Затем, взяв трость и пару новых перчаток, он вышел на дорогу военным, слегка поскрипывающим шагом. Стояла ранняя осень, день был замечательный и мягкий английский пейзаж выглядел великолепно. Вокруг не было ничего внушающего тревогу, если не считать опасными коров пасшихся на холме на расстоянии мили от его дома. Однако, вопреки этому очевидному факту, перед тем как двинуться дальше, майор остановился у своей калитки, и его лицо приняло выражение величайшей отваги и решимости. Дети играли у дверей своих домов, но дорога была пустынной, пыльной и такой раскаленной, что майор, пренебрегая тем, что не в состоянии был снова надеть цилиндр прежним образом, остановился в тени дерева, чтобы снять этот головной убор и вытереть вспотевший лоб.
Он не спеша пошел дальше, обогнав, несмотря на свою небольшую скорость, другого человека, который шел еще медленнее в тени живой изгороди.
— Отличный день, Хэлибэт, — произнес он весело. — Отличный день.
— Великолепный, — ответил тот, не пытаясь впрочем, идти в ногу.
— Земля хочет дождя, — крикнул майор через плечо.
Хэлибэт согласился и, медленно двигаясь вперед, пытался сообразить, что это за безвкусное цветное пятно только что мелькнуло перед его глазами.