Блэйз в ответ погладил Уильяма по щекам, очарованный мужчиной с таким грохочущим голосом. Уильям обнял его, а затем передал Джону. Подойдя к супруге Ролло, он предложил ей руку:
— Позвольте я помогу вам, миледи?
Девушка бросила на Ролло быстрый взгляд, и когда тот кивнул, оперлась на руку Уильяма и соскользнула с седла.
— Как вас зовут? — ласково спросил Уильям.
— Алиса, милорд.
Затем, обеспокоенно посмотрев на супруга, поправилась:
— Алиса Монтрегская, милорд.
— Добро пожаловать. Вы будете рады вновь увидеться с Сорой.
— О, я никогда не видела ее, милорд. Лорд Теобальд так и не разрешил ей присутствовать на моей свадьбе.
— Алиса, — строго произнес Ролло, слезая с коня. Девушка вздрогнула и, вспыхнув, опустила голову, словно ребенок, которому сделали замечание. Ролло обнял юную леди одной рукой.
— Алиса, всем нам известны презренные качества нашего отца, но давай не будем болтать об этом, стоя посреди двора в присутствии конюшенных.
Он на мгновение прижал ее к себе и тут же отпустил. Осанистый и сильный, Ролло протянул руку Уильяму.
— Как уже сказал мой брат, мы в самом деле рады тому зрелищу, которое предстало перед нами.
— Я польщен, — иронично произнес Уильям.
— Нет, не польщены. Разве это комплимент — предпочесть вас старому горбуну?
Ролло улыбнулся, и улыбка его напомнила Сору.
Уильям скользнул взором по лицам собравшихся юношей, отметив их черные волосы и чистую, бледную кожу.
— Никто из вас не напоминает Теобальда.
— Это так, — сказал Дадли, глядя неподвижным взором на Уильяма. — Отец наш — слабый человек, и от него нам ничего не передалось. Все мы походим на мать.
— Вероятно, ваш отец женился на ней не только из-за земель.
— О да, — согласился Ролло. — Он любил ее. И ненавидел. Так же, как и нашу сводную сестру.
— Ролло!
Все повернулись и увидели, как Клэр соскочил с лошади, на которой сидел вместе с Кимбаллом. Клэр помчался по подъемному мосту, словно окрыленный.
— Джон! Дадли! О, и Блэйз здесь!
Братья сбились вокруг него в стайку, словно восхищенные черные птицы вокруг только что вылупившегося птенца. Среди наполнивших двор замка радостных криков встречи Клэр принял от Джона тяжелого малыша и с ностальгическим порывом прижал его к себе. Братья ерошили Клэру волосы, обнимали его за худые плечи, хлопали по спине, и когда они отлепились от Клэра, чтобы дать перевести ему дыхание, он смеялся и плакал одновременно.
Грязный и растрепанный после вылазки в лес, Кимбалл подошел к отцу сбоку и потянул его за рукав. Не отрывая взора от братской компании, он произнес:
— Это ведь все братья Соры?
Это был не столько вопрос, сколько недоверчивое утверждение.
Уильям кивнул сыну.
— Сводные братья. Поразительное сходство, не так ли? Подъехали Питер и Мод, сидящая в дамском седле.
Питер бросил уздечку конюшенному. Слезая, он помог Мод сползти вниз и поддерживал ее, пока она высвобождала ноги. Питер и Мод направились к ним, и Уильям улыбнулся пожилой женщине, которая держала за руку его отца.
— Это ваши молодые?
— Да, — согласилась Мод, сверкая глазами от удовольствия. — Я всем им меняла пеленки.
В едином порыве юноши облепили Мод, громко проявляя свой восторг, обнимая и поддразнивая ее, а она в это время высмеивала их с ехидством и любовью.
— А моя леди Сора уже знает о том, что вы здесь? Мальчики что-то забубнили, зашаркали ногами, а она энергично принялась шлепать их по задам.
— Тогда давайте-ка все наверх.
— А может, мы подкрадемся незаметно и удивим ее? — предложил Дадли.
— Шут ты гороховый, — вспыхнул Ролло. — Да ты когда-нибудь подкрадывался к нашей сестре?
— Никогда, — признался Дадли. — Но вы только подумайте, как она будет довольна!
Пока они стояли и обдумывали этот план, Уильям предложил:
— Я пойду приведу ее в огород. Если вы будете стоять тихо, я подведу ее к центру того места, вокруг которого вы соберетесь…
— Да, и если нам удастся утихомирить Блэйза, — в восторге блеснул глазами Джон.
— Иди за ней, — приказала Мод. — Я их расставлю по местам.
Когда Уильям широкими шагами вошел в большой зал, Сора сидела там с поваром и булочником, обсуждая каждое блюдо и каждую тонкость, предназначавшуюся для гостей. И тут же, на скамье, возлежал Николас, опершись на локоть и следя за ней своим назойливым взглядом.
Обернувшись на шаги Уильяма, Сора позвала:
— Уильям, эти олухи утверждают, что тебе не нравится пирог из холодных миног!
Вид у нее был такой возмущенный, что Уильям понял: его любовь подтвергается серьезному испытанию. Уильям поставил ногу на скамью подле Соры и оперся на поднятое колено.
— Мне больше всего нравится, когда миноги варят, вялят, закатывают в тесто и выбрасывают собакам.
— Уильям!
— Миноги — это такие длинные, слизистые твари, которые живут в грязи. Перспектива есть их в горячем виде, как бы они ни были приготовлены, чудовищна. В холодном же виде о них невозможно и думать.
— А если миноги в собственном соку?
— Прошу вас? — Уильям схватился за живот. — При мысли о них меня выворачивает наружу!
— О Уильям!
Уильям придвинул растроенную Сору к себе.
— Пошли погуляем, — пригласил он.
— Не могу.
Она указала на стол.
— У меня слишком много дел.
— Мне надо кое-что показать тебе.
— Но вот повар…
— Осторожней на лестнице.
Он сбавил шаг, пока она нащупывала первую ступеньку стопой.
— Если я не устрою…
— Вот мы и внизу. Дверь тут.
— Я не могу идти так же быстро, как ты! — Уильям намеренно шел широким, спешным шагом.
— Жарко сегодня.
— Уильям.
Сора опустилась в траву во дворе замка.
— Я больше шагу не сделаю!
Сильным движением Уильям поднял ее и зашагал дальше.
— Черт побери, женщина! Давай же. Что за неповоротливая девчонка!
Сора ничего не ответила, напряженно соображая, а затем прикоснулась к его лицу.
— Уильям, мы останемся одни?
— Нет, любовь моя.
Он уронил поцелуй на ее поднятое лицо и остановился.
— Решительно не одни. Ты знаешь, где мы?
Сора фыркнула,
— В огороде.
Уильям опустил ее на землю, и она вновь фыркнула.
— Сора, Сора.
Крошечный мальчик бросился к ней, обхватил ее колени, и Сора поймала его.
— Блэйз?
Она прикоснулась к лицу мальчика и затем крепко обняла его.
— О Блэйз, как же ты вырос! Как ты тут очутился? Лицо ее расцвело, и она вытянула вперед руку. Рука была тут же поймана, и Сора поднялась, опершись о Джона. Джон заключил Сору в крепкие объятия, которые были разомкнуты лишь возмущенным воем Блэйза.
— Придется тебе поделиться ею, парень, — сказал ему Джон и повернул Сору.
— Дадли!
Их объятия были нежными и ласковыми, как у двух людей, долго пребывавших в разлуке.
— Посмотри-ка сюда, — приказал Дадли, и лишь только Сора оказалась в руках Ролло, чувства взяли над ней верх и она разрыдалась.
Братья ухмылялись и охали, радуясь тому, что спокойная, деловая сестрица при виде их не удержалась от слез, и дивясь ее женской слабости. Они похлопывали Сору по плечам, обнимали ее отовсюду, откуда им удавалось дотянуться, и помогали поудобнее усадить ей на колени Блэйза.
Уильям, наблюдавший за этой сценой со светлой радостью, огляделся вокруг, желая удостовериться, что эта встреча произвела такое же впечатление и на других. Алиса, новобрачная-подросток, терла ладонью нос, как бы не желая дать волю слезам, и Уильям, подойдя к ней, встал рядом.
— Ну не чудо ли? — спросила девушка.
— Мне тоже захотелось иметь братьев и сестер, — согласился Уильям, посмотрев на отца, который стоял плечом к плечу с Мод.
— О, у меня-то они есть, — произнесла Алиса. — Они, главным образом, таскают тебя за волосы и плюются за ужином.
В подтверждение ее слов Дадли просунул руку под вуаль Соры и дернул ее за косу.
— Нечего рыдать весь день напролет. Мы привезли кое-кого, с кем тебе надо познакомиться.
— Ой! — схватилась за голову Сора. — Ты хочешь сказать, что тут посторонние?