— Она сильна, конечно, но посмотри внимательно, какого цвета форма украшает ее прекрасные формы. Юсалина сознательно выбрала боевиков. Это значит, что свои ментальные способности она в должной степени не развивает.
— Это повод радоваться? — кисло поинтересовалась я.
— Нам — да, — подтвердил мои сомнения Инойван, — ей — позлиться, что выбранный ею демон так рьяно защищает кого-то от нее же самой. Все-таки есть особая прелесть в задирании высокомерных драконов, — признал, наконец, Инойван. — Чувствую, как будто получаю сатисфакцию за все предыдущие неудачи.
— Я бы на твоем месте пошла на мировую, — посоветовала я. — Мужчины умнее, а женщины коварнее. Я по глазам этой девушки вижу: легкой твоя судьба не будет.
— Жду с нетерпением, — снова усмехнулся Инойван. — Насколько драконы коварны, настолько демоны беспощадны.
— Ты же вроде ее любишь, — удивленно издала я.
— Ты не поверишь, но и она меня тоже.
После этого я решила не вникать в тонкости жизни драконов, демонов и их межрасовых отношений. Внимательно рассмотрела обе части зала, отмечая присутствие Атаина, который разглядывал нас с не меньшей яростью, чем сестричка. Боже, за что мне все это во второй день пребывания в другом мире, с тоской и грустью подумала я. Как же хотелось, чтобы вернулся Обиван.
Помимо основной массы разделенных пополам студентов я заметила еще небольшую группу светловолосых личностей, в которых, благодаря заостренным ушкам, признала эльфов. Все они были миловидны и тонки в кости, и я поначалу с трудом различала, кто из них парни, а кто девушки. Инойван, заметив мой интерес, пояснил:
— Это наполовину менталисты, наполовину целители. Руководство так и не определилось, стоит ли по-серьезному открывать для них отдельный факультет, но официально большую часть времени они проводят в лазарете на практике. Они же отправляются на помощь в близлежащую деревню, если местным врачам становится не под силу справиться с накатившей на троллей хворью. Думаю, тебя лучше всего будет определить именно к ним. Предварительно наложив блок на огненные способности, конечно. Впрочем, как скажет Арегван, так и сделаем. Честно говоря, я не уверен, как лучше с тобой поступить, Варя.
Рассматривая сидящих ближе всего к дверям целителей, я уловила еле заметное движение у входа. Глаза сами наткнулись на столь неожиданное существо, что даже перехватило дыхание. Оно двигалось так плавно и в то же время так основательно, что я не могла смотреть ни на что другое.
Темно-коричневые конечности. Тело, скрытое серым костюмом, как у менталистов. Большие живые глаза цвета плодородного чернозема, которые, поискав в толпе студентов, в конце концов, остановились на мне. Волосы-веточки, оканчивающиеся молодыми зелеными листьями, шевельнулись.
Существо улыбнулось мне красивейшей из улыбок. И двинулось навстречу.
А я поднялась с места, позабыв об Инойване. Шла туда, куда вело меня сердце.
К ребенку Древа, которого я узнала. Тому, кто в моем сне спал в колыбели.
К друиду.
Когда мы стали друг напротив друга, он все еще продолжал улыбаться.
— Здравствуй, Варвара. Меня зовут Май. Мы с Древом будем рады видеть тебя, когда будешь готова прийти в гости. Это случится очень скоро.
В глазах против воли заблестели слезы. А потом друид просто и по-братски обнял меня. Так, будто я наконец-то оказалась дома. Так, будто я была частью их с деревом семьи.
— Когда? — тихо, чтобы уловили только его заостренные еще больше, чем у эльфов, ушки, спросила я.
— Когда твой огонь станет теплым и ласковым. Когда приедет тот, кого ты так сильно ждешь, — ответил мне друид.
— Спасибо, — сердечно отозвалась я, и друид отстранился.
Вблизи его улыбающееся лицо напоминало человеческое намного сильнее, а древесная темная кожа казалась скорее сильно загоревшей. И только пульсирующие вены, по которым бежала совсем не кровь, выдавали в нем растение, а не существо из крови и плоти.
— Мы будем ждать тебя, — кивнул друид, а затем отправился в ту сторону, откуда перед обедом выбегали небольшие помощники поварихи с тележками, усыпанными тарелками с завтраком.
Я проследила путь Мая, потихоньку приходя в себя. Внимание привлек тот факт, что в столовой стало подозрительно тихо. Обернувшись, я поняла, что наша встреча с друидом произвела сильное впечатление, во всяком случае, некоторые из студентов-менталистов перешептывались, не скрываясь, а боевики поглядывали с подозрением. Начавшуюся в душе панику усмирил подошедший ко мне Инойван. Он взял меня за руку и отвел к нашей скамейке.
— Ты теперь станешь местной достопримечательностью, поздравляю. Раньше за тобой таскался один дракон, теперь прицепятся все, кому не лень.