— Ты все равно останешься со мной, кому бы ни клялась в верности!
Что-то всколыхнулось внутри меня. Нет, не огонь, он спал крепко. Магия жизни и исцеления воспротивилась словам Атаина. Руки сами схватили прядь его волос, и на глазах копна и без того длинных волос стала расти на глазах. Не веря происходящему, Атаин зарычал. Он принялся распутывать змеящиеся все больше космы и упустил преимущество, ослабив хватку. Этим я и воспользовалась. Пока у дракона не было возможности толком рассмотреть, что происходит, я вырвалась, лягнула его по колену, да так удачно, что он повалился на пол, еще больше запутавшись в волосах. Хмыкнув, я выскочила за дверь и понеслась туда, где могла переночевать сегодня.
Нет, не сегодня, а столько, сколько понадобится, решила я, оказавшись в тишине спальни Обивана. Здесь сердце успокоилось и вынесло окончательный вердикт. Пока милый не вернется, его дом станет моим. С этими мыслями я блаженно растянулась на его кровати. Вещи заберу завтра вместе с Инойваном. В его присутствии наглый драконенок не посмеет пристать. Если вообще к тому времени разберется с новой прической.
— Варька. Варенька…
Этот голос звал меня сквозь пучину сна, не давая сбиться с начертанного неизвестными письменами пути. Его я узнала бы из миллионов неизвестных голосов, ведь его я любила больше всего на свете.
Обиван. Он наконец-то связался со мной.
Видимо, я не заметила, как уснула, и этим воспользовался один долгожданный путешественник.
— Обик, наконец-то ты пришел, — сбрасывая с себя остатки сна, хрипло пробормотала я.
Темнота щадила зрение, но свет звезды Пределов позволил понять, что я никуда не пропадала из комнаты Обивана. Я все так же, как и перед сном, лежала в его кровати, а сам Обик сидел на краю и ласково гладил мои волосы. На его лице застыла светлая и немного виноватая улыбка.
— Боялся, что ты не захочешь меня видеть после того, что я нарисовал, — тихо признался он.
Почему на свете существует такая несправедливость? Некоторые личности никогда не попросят прощения за то, что творят намеренно и со злым умыслом, а такие, как мой Обик, извиняются за то, что контролировать не в силах?
Я откинула покрывало, резко поднялась и обхватила любимого за шею.
— Никогда не говори таких вещей, Обиван. Мне не за что на тебя сердиться. Я успела понять, как важно в твоем мире предназначение. Если мне суждено стать камнем преткновения, так тому и быть, но даже гибель волшебства не станет причиной для того, чтобы отрицать чувства к тебе.
Ответное объятие было столь резким и стремительным, что я охнула от неожиданности. А потом Обиван расслабился и зарылся лицом в моих волосах.
— Ох, Варенька, ты не представляешь, как я скучал по тебе все это время.
— И я скучала. Взвращайся ко мне скорей!
— Осталось немного, — Обиван отстранился, и я смогла рассмотреть его освещенный Ауроном лик. — Мы почти у берегов Северного Предела. А там останется рукой подать до Академии.
— Хорошие новости, — улыбнулась я.
— Почему ты решила здесь ночевать, Варька? — нахмурился Обиван. Он принялся рассматривать меня, словно хотел найти причину моего решения.
— Я сбежала, — нехотя призналась я. — Моя соседка — огненная принцесса Юсалина, и сегодня ее брат перешел всякие границы приличия.
— Что он сделал? — в голосе Обивана зазвучала угроза, и я поспешила успокоить его, накрыв ладонь своей рукой.
— Ничего страшного, мое исцеление обернулось для него неожиданным образом. Он залез к нам в комнату, когда Юсы не было внутри, и решил снова напомнить о том, как хочет видеть мен среди своих магов.
— Я сильно сомневаюсь, что твоя магия — единственное, что интересует Атаина, — не спешил расслабляться Обиван. — Придется напомнить ему, чем может обернуться нежелание драконов чтить вековые традиции и ритуалы. Посягать на любимую демона — высшее проявление неуважения.
— Не сердись, Обиван, пожалуйста, не сердись, — я положила руки ему на плечи и легонько встряхнула. — Я каким-то образом заставила его волосы отрасти, и пока Атаин пытался выпутаться из них, сбежала. Да, у него буйный нрав, но сильной опасности я от него не чувствую. Он перерастет собственное упрямство.
Плечи Обивана затряслись от беззвучного смеха. Он привлек меня к себе, обхватывая ладонями лицо:
— Варька, Варенька, до чего же ты выдумщица. Остановила главного хулигана Академии простой магией исцеления! Люблю тебя, милая.
— И я тебя, — только и успела произнести я. А потом Обиван поцеловал меня.