Сонливость не помешала подняться, надеть рубашку и пройти к источникам звуков: Джон уже сидел за стойкой, тянул кофе и читал что-то в телефоне, листая быстро и не придавая значения тексту.
Положив ладонь на его плечо, я аккуратно коснулась губами макушки, от которой пахло мятным шампунем и слабым одеколоном.
— Доброе утро... — выдохнул он.
— Доброе, — я присела рядом, повернувшись на стуле и подперев голову, — Выспался?
— Типа того. А ты? Разбудил?
— Да, но всё хорошо.
Тишина, не желая нарушаться, мешала мне заговорить. Всё-таки вчерашний эпизод с Николасом, Мартой и перчаткой не мог бы остаться незамеченным. Поэтому я решила убедиться, что всё в норме.
— Слушай, — я постаралась улыбнуться, но вышло как-то ломано, — Я увидела в машине Николаса перчатку. Он подвозил Марту?
На лице Джона мельком показалось замешательство, скрывать которое было бы кощунством.
— Да. Она не могла вызвать такси.
— Откуда?
— От нас.
И вновь это состояние: слова не лезут, а эмоции так и прут через край. Я прищурилась, делая вид, что хочу спать, но глаза уже защипало от мгновенной реакции.
— Я не изменяю тебе. — тут же выдал Джонатан, отставляя кружку с кофе и глядя на меня с какой-то приторной улыбкой, — Ты серьёзно? Ну, сыграл в хорошего босса, отправил её с Николасом. И что?
— Ничего. — поспешно ответила я, — Просто убедилась.
— Я не изменяю. А то, что часто с ней вожусь — для нашего же блага, Оливия. Нам ведь надо на что-то жить...
— Понятно. — продолжать диалог мне не хотелось.
Встав с места, я решила вернуться в постель, пока голова не начнёт генерировать ужасные мысли в самых неприличных количествах, а перед работой мне лучше выспаться.
Джонатан молчал, и продолжалось это долго.
Последнее, что он сказал — это «Пока» на прощание, подарив неаккуратный и смазанный поцелуй в край губ, и только потом я услышала щелчок замка, оповещающий о его уходе.
Стоило двери за ним закрыться, как меня накрыло волной спокойствия. Я наедине с собой, и можно спать дальше — до смены оставалось каких-то несколько часов, и их лучше провести во сне.
Жаль, что я забыла самую главную новость этого понедельника — из отпуска возвращается один из главных менеджеров отдела — Рэй Лафферти.
И, к сожалению, с ним у нас напряженные отношения.
Настолько, что каждая встреча оказывается похожей на первую, как эмоционально, так и физически.
11. Рэй Лафферти.
Сколько себя помню — с мужчинами у меня могли быть только два вида отношений, если речь шла о хорошем общении и приятном опыте: либо мы закадычные друзья, вроде «девочка-мальчишка и её лучший друг-парень», либо я ловила себя на какой-либо мысли, которая категорически мешала нам общаться дальше в привычном расслабленном ключе — и именно от этого, от какой-либо мелкой детали, которая способствовала моей симпатии, многие начинали думать, что мы встречаемся.
Именно эта деталь служила катализатором — из-за неё всё становилось напряженным.
Так и произошло с Рэем Лафферти — моим коллегой, с которым мы были знакомы полгода: его путь в компании начался с огромного отбора, небольшой шумихи о его прошлом в одной из неприметных начинающих косметических фирм, а также беспрецедентной любови к общению.
Этим утром Николас был тих, так же как и я — и это устраивало, ведь голова после прерывистого сна у меня побаливала, но лишь до того, как я прямо в машине запила пару таблеток аспирина.
И даже несмотря на спокойствие духа, лёгкость мыслей и отчего-то навязчивую улыбку, мне хотелось спросить у водителя, как прошла поездка Джонатана в аэропорт, но мне пришлось удержаться — когда эта идея накалилась до последнего градуса, мы уже приехали.
— Спасибо. — я вышла из салона, оказавшись прямо перед дверьми в курилку — сквозь них матовыми облаками уже виднелся дым.
— Хорошего дня, мэм. — послышалось с водительского места, и я улыбнулась ещё раз, правда, Николас этого уже не видел.
Я решила для себя, по крайней мере на сегодня, что не стану губить себя мыслями о Джонатане и Марте — негативными, пагубными для психики, совсем необязательными.
— Доброе утро, Олив!
Неброский, но заметный в некоторых словах канадский акцент тронул слух, и я без всяких колебаний подняла обе брови, наигранно удивляясь.
— А ты раньше меня приехал? — хотелось спросить совсем серьезно, но удержаться от издевательской ухмылки у меня не получилось.
— И мне тебе приятно слышать, — мужчина почти закатил глаза, но приятельски тронул меня за плечо, — Пойдём, у меня так много новостей, что тебе придётся готовить уши...