Николас смотрел на меня с естественным прищуром, будто выискивал что-то определенное, но всё не говорил. Мы сидели молча, в остановленной посреди пути машине, и я хотела бы, чтобы этот момент растянулся как можно больше. Здесь мне было спокойно.
— Пройдя через всё это самостоятельно, я смог понять, сколько времени было потрачено впустую. Сколько лет я мог... Провести иначе, понимаешь?
Я понимала его, но не до конца знала, что мне делать дальше; за это невозможно было себя судить, потому что, столкнувшись с подобным, первым делом впадаешь в ступор, и лишь спустя время начинаешь продумывать всё заново.
Мне звонила Аманда, и я сразу подняла трубку.
— Ты же едешь, всё хорошо? — спросила она негромко, — Я правильный адрес написала, вроде бы...
Шмыгающий нос и дрожащий голос — ей определенно нужна поддержка, точно так же, как и мне. Удивительно, как несколько дней меняют всё вокруг.
Николас вывел машину на проезжую часть и продолжил ехать, не дожидаясь никаких просьб. Только сейчас я заметила, что молчу в ответ на вопрос подруги; вот он — ступор.
— Да, я еду, скоро буду!
— Спасибо! Я жду тебя!
Звонок был коротким, но примерную картину происходящего я уже составила: Аманду обманул этот чёртов учитель Найджел, и теперь она, скорее всего, совсем расклеилась, прямо как и я.
— Николас, — позвала я негромко, — Можешь пообещать мне, что не будешь говорить об этом с Джоном?
Буш кивнул. Он остановился в точке назначения и выключил фары; теперь улица была тёмной, заполненной лёгким туманом, пропахшая чем-то неприятным, вроде отходов с местного перерабатывающего завода.
Я сразу вспомнила, где и с кем нахожусь: отчего-то ситуация стала напоминать мне печальные сериальные вставки, где героиня вдруг осознает, что вся жизнь её рушится. И тогда кто-то должен её спасти. Было бы забавно, если не было бы так...
Странно.
— Я не разговариваю с Джонатаном о вашей личной жизни. Ни в коем случае. — Николас посмотрел на меня буднично, и его реакция показалась мне адекватной.
Я взяла сумку, телефон и приготовилась выходить, только сейчас осознавая, насколько жалко выглядела; макияж размазался, волосы растрёпаны. Прорыдавшись, я опухла, а губы жгло от соли. По большей части, скорее всего, я выгляжу неопрятно. Такая вот огромная разница между обеспеченной женой потенциального главного редактора и разбитой женщиной, которой отчаянно хотят изменить.
— Спасибо. — сказала я, пытаясь открыть дверь, но она была заперта; мне пришлось снова встретиться взглядом с водителем, — Что-то ещё?
— Нет, — нажав на одну из кнопок на коробке передач, Николас повернулся и посмотрел на меня со спокойной, почти родительской улыбкой, — Просто хочу, чтобы всё было хорошо. Спонтанная мысль, но я доволен, что заговорил с тобой, Оливия. Ты заслужила чего-то... Более значимого.
Тепло. Как вообще от простых одобрительных слов, исходящих от почти незнакомого мужчины, может стать так тепло? Возможно ли это, несмотря на то, что я нахожусь в такой неопределенности и отчаянии, пусть и скрываю его адреналином в крови?
— Сколько же раз мне ещё сказать спасибо... — выдохнув, я не имела в виду совершенно ничего отрицательного. Это был риторический вопрос.
Прохладный ветер обдул меня на улице, а Николас моргнул фарами Ford'a, провожая меня до подъезда; дом был пятиэтажным, многоквартирным, окруженным невысокими деревцами и низкой зелёной изгородью.
Аманда ждала меня на третьем этаже, открыв дверь и приветствуя аккуратной, но виноватой полуухмылкой; она уже была совершенно спокойна, а в стакане был сок вместо представляемого мной алкоголя.
— Ох, в чём дело? — заметив в желтоватом свете торшера мой вид, девушка сразу же проводила меня в ванную, где остановилась у стены, а под руки выдала мицеллярную воду и стопку ватных дисков, — Олив...
— Я даже не знаю, с чего начать... — стирая тушь и помаду, я осмотрела себя в зеркале, — Джонатан подкатывает к Марте, она его не принимает... Но его не останавливает даже это. Николас это заметил. Я сорвалась и разревелась при нём... Мы немного поговорили.
— Вот же скотина твой Джонатан... — проведя рукой по волосам, Аманда тяжело вздохнула и сонно зажмурилась, — Я надеюсь, что он провалится под землю как можно скорее.
— Нужно поймать его.
— Хочешь с поличным схватить?
— Конечно. За то буду знать наверняка.
Разумеется, я прекрасно понимала, что даже такие разговоры с Рэем, Ричем и Николасом уже много значат. Я знала, что наивно было бы делать вид, что всё в порядке, но мне всё ещё хотелось видеть всё своими глазами, пусть и значило это лишь боль и ощущение, будто тебя предали.