Кажется, господин Лафферти хочет рассказать мне о приближающемся матче.
26. Перед выходным.
«Людям нравится, когда вы проигрываете, они обожают копаться в грязном белье» — Nickelback — Dirty Laundry
— Рэй? — я прижалась спиной к перекладине у сидений, встав между несколькими студентками и их огромными рюкзаками, — Я в метро, сеть может пропадать...
— Серьезно? — голос мужчины звучал искаженно из-за уже начинающей гаснуть мобильной связи, — Выбегай на следующей станции, я довезу тебя. Как раз еду в твою сторону, кинь ещё метку с карты... Давай, без разговоров.
И он бросил трубку — так легко, без лишних слов. Упускать такую возможность я не стала, так что поспешила распрощаться с уже смирившимся внутри меня смелым порывом — так хотелось прокатиться с ветерком в метро...
Но на самом деле, — и это я прекрасно осознавала, — мне просто желалось чего-то старого, но в то же время и нового — просто тех привычных, но уже подзабытых ощущений. Чего-то, что не помешает мне действительно выскочить в другом конце города и остаться где-нибудь на порожках местного круглосуточного магазинчика, чтобы проводить солнце за горизонт, пусть оно и было в это время года тусклее некуда.
Может, со стороны это и могло показаться подростковой показушностью, но в двадцать шесть начинаешь балансировать меж двух пропастей: либо ты серая взрослая девушка, теряющая себя в бесконечной бытовой действительности, либо — оторва, боящаяся потерять последний запал юности.
Лично мне хотелось быть посередине — там комфортнее всего находиться, особенно, когда твой муж постепенно превращается в вариант № 1, и именно этого я боялась всю жизнь — потерять увлечения, интересы, забыть о простых мелочах.
Выходя из метро, поднимаясь по мокрым ступеням и направляя Лафферти данные о местоположении, я думала о том, что никогда и не принижала важности взросления и становления самостоятельным человеком: мне не было сложно заниматься страховкой, налогами, не пугала ответственность работы, не трепала нервы даже необходимость продумывать финансовую волокиту.
Я с лёгкостью раскидывала деньги по копилкам, возилась с налоговыми вычетами, платила по чекам и помогала Джонатану искать более простые пути для оформления ипотеки на квартиру, когда мы только начинали её платить, но замечала, как медленно угасают наши прежние с мужем разговоры о чём-то гораздо более лёгком, чем строки в отчетных документах для банка.
— Сразу не признал... — улыбнувшись, Рэй вышел из машины, чтобы открыть мне дверь, и я залезла в салон, шурша своим пакетом из сэконд-хэнда, — Какими судьбами на метро?
Я дождалась, пока он вернётся на место, и только потом заговорила.
— Джон уехал в Джерси по делам, Аманде нужно было на работу, ночевала я у неё, потому что...
— Да, я понял. — вдруг перебил он, на удивление рассержено переводя взгляд на дорогу, — Я скажу ещё раз — он мне не нравится.
Я кивнула. Понятное дело, что новый приятель по имени Рич всё рассказал Лафферти: мне не было стыдно за более подробные вещи из жизни супруга, в которых теперь мог беспрепятственно копаться Рэй, но всё-таки становилось не по себе.
— А Николас на выходном, — улыбнувшись, я постаралась вернуть диалогу былой позитив, — У него же тоже должны быть выходные...
— Да, завтра у него тоже выходной. Пока ты общалась с Амандой, я уже успел достать нам билеты на завтрашний матч и знаешь, что? Я приеду и потащу тебя за руку, если твой гад Джонни только попробует заикнуться!
Я осмотрела Рэя с головы до видимой части ног, пытаясь понять, где именно и что у него заболело; создавалось впечатление, будто его одолело что-то вроде спонтанной агрессии, но судить за это не решилась — я бы и сама так ответила на его месте.
— Ничего он не скажет. Не хочу прозвучать безнадёжно, но кажется, всё катится по наклонной.
— И это хорошо, поверь мне. — кивнул Рэй, — Понимаешь, лишь самая мелкая доля моего уважения к тебе, где-то на уровне молекул, сдерживает меня от того, чтобы не набить твоему мужу лицо...
— Только без кулаков! — я посмотрела на него с лёгким укором, — Если ему нужно уйти — он уйдёт.
— Ты звучишь очень, очень приближенно к тому, чтобы простить засранца!
— Никто не собирается его прощать! — мой голос наконец-то, спустя столько времени, зазвучал стойко и непоколебимо, — Я просто хочу забыть на пару дней о том, что у меня вообще есть муж. Хорошо?
Несколько секунд его продолжительного молчания превратились в пытку. Глаза мужчины бегали от одной полосы движения к другой, но я решила не смотреть на Рэя так прямо. Просто продолжила обнимать свой пакет.
— Да, и я тебе это устрою. Не подумай, что я хочу разрыва...