— В чём дело? — только и вырвалось у меня, и я старательно избегала того, чтобы посмотреть за стол.
— Если мы разрываем контракт с компанией, которая возила тебя на работу, то нужна личная подпись и меня, и представителей. — монотонно выдал супруг, отпивая виски и глядя на меня вопросительно, — Ты ведь уже всё решила?
— Решила. — сглотнув, я всё-таки смогла перевести взгляд и столкнуться с уже знакомыми глазами Николаса Буша.
Внутри всё словно перевернулось, столкнувшись с моей сторонней жизнью, которой я так счастливо жила вне квартиры. Без своего мужа, пусть это и было редко, спонтанно и казалось неправильным, но мне было хорошо.
Я смотрела на Ника и думала о том, что всё это подставлено специально: Неужели у Джонатана хватило смелости написать ему? И о чём он знает? Волнение закружило мне голову, и я старалась не терять самообладания.
— Олив, присаживайся... — растянул Джон, показывая на место напротив Ника, — Нам нужно обсудить расторжение и... И мы отпустим мистера Буша.
Он в этом доме, и это выглядит нереалистично. Похоже на сон, который я никогда не хотела бы видеть. Моё настоящее и моё... Будущее в одной комнате, в таких обстоятельствах.
— Доброе утро... — мужчина поднял на меня взгляд и чуть улыбнулся, кладя на стол тонкую папку с документами, — Это обязательный пункт, а выделить мне кого-то из отдела продаж никто не решился. Поставьте, пожалуйста, подпись.
47. Понимаю.
— Ну, по сути, обсуждать здесь было и нечего, — Джонатан прислонился к стойке и отпил виски, — Сейчас все договоры электронные и...
— Как я понял, — бесстрастно прервал его Ник, и я сглотнула, опуская голову, потому что эмоций становилось слишком много, и всё они были разными, — Дело в том, что вы находитесь не на территории штата. Нужна лишь подпись — и всё. Договор расторгнут, в Нью-Джерси компанию курирует местный филиал.
Я молча склонилась над своими руками и наблюдала за тем, как подрагивают пальцы. Почему это не может закончиться просто по щелчку пальцев?
— Да, мне объяснили, — почти шикнул супруг, а затем допил оставшееся в стакане и сел между нами с Ником, — Но, раз уж вы оба здесь, то, наверное, стоит и ещё кое-что обсудить...
— Подпись. — попросил Буш, придвигая договор именно к Джону, так как на его имя он и заключался изначально.
Кивнув, Джонатан забрал ручку и бумаги, а затем поставил подписи там, где было нужно. Так быстро и отрывисто, словно и не старался делать вид, что его хоть что-нибудь тревожит. С полнейшей отвлеченностью, даже не вчитываясь в текст. Я видела, что бланк действительно принадлежал компании, от которой работает приложение, но больше ни о чём думать не хотела.
Наверное, после моей простуды, которая до сих пор остатками тревожит организм, я не смогла бы прочитать и пары строк.
Николас терпеливо дождался, пока всё будет подписано, а затем мельком глянул на меня.
— Я отлучусь. — проговорил Джон, почти швырнув ручку на стол и, оставляя стакан на стойке, уходя в сторону уборной.
— Ну, как ты? — тихо спросил Ник, и я выдохнула, нервно и почти сорвано.
— Болею. Ничего не хочу. Конечно, кроме того, чтобы всё закончилось...
Он лишь понимающе кивнул, выжидая, пока вернётся Джонатан: казалось бы, почему я нервничаю? Изменили мне, с квартирой проблемы вызываю тоже не я, но трясущиеся руки — лишь моя личная проблема.
В такие моменты мозг начинает надумывать ещё сильнее, норовя свести с ума как можно быстрее и качественнее: женская сущность давится, пытаясь вынести ответ хоть откуда-нибудь, лишь бы поскорее найти объяснения.
— Не не виновата. — говорит Николас, и мне в очередной раз кажется, что телепатия — не выдумка.
Стараясь улыбнуться, я натыкаюсь взглядом на Джона, который уже вернулся, а Буш — наоборот, поднявшись, протянул ему руку.
— Мне пора.
— Да, согласен. Не думаю, что нам стоит здесь... Находиться втроём. — немного скривившись, Джон сделал вид, будто улыбается, но было совершенно ясно, что все его эмоции — игра для меня.
Попытка заставить чувствовать себя виноватой, несмотря даже на то, что у меня с Николасом ничего не было. Поцелуи — да, но даже о них Джонатан не имел представления. Он вообще очень быстро забрал себе роль жертвы.
Буш ушёл молча, следуя за Джоном, всем своим существом распыляющим по комнате неприязнь к обстановке: Он проводил его, а когда вернулся, то уселся напротив меня и опустил голову, тяжело выдыхая:
— Слушай, мы уже оба понимаем, что этому браку не быть дальше.
Я кивнула. Слов не было, да и мне казалось, что Джонатан по какой-то причине, а может и из-за выпитого стакана виски, решил выговориться, и была права — вскоре он продолжил: