А вот сейчас заглянул.
Мужчин своего поколения Лена делила на два больших типа.
Первые — это люди со сложными взаимоотношениями с алкоголем. Тут было два подтипа: те, кто с разной степенью усердия принимает горячительные, и те, кто решительно и мучительно отказался от спиртного, при этом несет свой сверкающий меч трезвенника, указывая окружающим, как они обязаны жить. Среди второго подтипа водились фанатики религии, зожники и эзотерики.
Второй тип — мужчины, равнодушные к алкоголю. Тут тоже, по классификации Лены, было два подтипа. У одних была жизнь слишком насыщенная работой, им было просто некогда зависать с друзьями по барам, в общем, трудоголики. У других была слишком дружная семья с детьми, каждый из которых требовал личного участия отца в воспитании, сам процесс которого такой мужчина очень любил. Ну и жену обычно такой типаж боготворил.
Лена попыталась привычно просканировать Сергея. Он выглядел явно моложе своих лет, одет тщательно и модно, без арбузного живота и даже без лысины. Для мужчины под пятьдесят это было очень прилично.
«Или зожник, или трудоголик», — подумала Лена.
— Сережа, ну что же ты стоишь, проходи, садись. Сейчас будем тебя кормить, — засуетилась хозяйка.
— Добрый вечер, тетя Оксана, что-то я вроде и не голодный. — Сергей улыбнулся вежливо и холодно. — Привет, Лена, тысячу лет тебя не видел.
— С самого детства уж и не видел, — встряла тетя Света. — Давай хоть чай попей.
Было видно, что посиделки с престарелыми родителями не входили в планы этого серьезного человека. Он еще раз взглянул на Лену и коротко сказал:
— Хорошо.
Тут же старшие женщины засуетились, одна побежала за чистой тарелкой и вилкой, другая затараторила:
— Ты с семьей-то виделся? Новый год ведь на дворе, надо поздравить.
— Мама, не сейчас, — скупо ответил Сергей.
— Чего уж и не сейчас, а когда? Я вообще когда тебя вижу? Ты когда к нам заходишь-то? Собственного сына не видела уже месяц.
Лена, как опытный дипломат, поняла, что надо остановить этот дурацкий диалог за новогодним столом:
— Если честно, я в родном городе сто лет не была. Тут все так изменилось, будто в незнакомое место приехала. Мне точно надо экскурсию устраивать, чтобы хоть как-то ориентироваться.
— Ой, да ты знаешь, у нас тут парк отремонтировали, ну тот, что в сосновом бору, теперь одно удовольствие гулять. Там и скамейки поставили, и иллюминацию включают, и кафе открыли, — пришла ей на помощь мать.
— Тетя Оксана, очень вкусно, — с благодарностью то ли за «Наполеон», то ли за нейтрализацию материнских нападок проговорил Сергей.
— А вот ты, Сережа, Лену бы и сводил, показал ей город. Она к нам на несколько дней приехала. Так ведь? — Хозяйка обернулась к дочери и не видела, как мать Сергея подняла к потолку глаза. Ей явно не нравилось, что беседа начала утекать не в то русло.
— Да, конечно, — формально согласился гость.
— Вот и славно, — встрял дядя Паша, словно спасая сына от ненужных обещаний. — Теперь доедай и домой поехали.
«Все же трудоголик, не зожник», — вынесла свой вердикт Лена.
— Я с одноклассницей завтра встречаюсь, она мне город и покажет.
Сергей поблагодарил, вытер рот салфеткой и встал из-за стола.
— Одноклассница потом, я город покажу, — без эмоций поставил он точку в разговоре.
Лена знала эту интонацию у мужчин с достоинством, поэтому точно так же с достоинством коротко согласилась:
— Хорошо, я оставлю тебе свой телефон. Созвонимся послезавтра. У меня все же завтра встреча с одноклассницей.
Сергей оценил такой подход и коротко кивнул головой.
3.
У Гали оказалось неожиданно хорошо. Лена, признаться, удивилась. Просторный дом с высокими потолками, добротными темными дверями и паркетом, массивной лестницей в цвет, приглушенными бледно-фисташковыми стенами, тяжелыми матовыми портьерами без вензелей и кистей не вязались в голове столичной подруги с провинциальной бизнесвумен, разбогатевшей на челночной торговле.
Галя заметила одобрительный взгляд.
— Нравится? — с совершенно детской интонацией спросила она. — Это все дочка. Она у нас на дизайнера учится.
— Говорят, красавица, — вспомнила вчерашний разговор гостья. — Видела ее в красном пеньюаре на рекламе.
Галя смешно махнула рукой, как будто среди зимы увидела комара и попыталась от него отбиться.