Я пожал плечами и пошел дальше. Девчонка увязалась за мной хвостом.
— Тебя отчислили? — нетерпеливо и даже агрессивно спросила она.
— Неа.
Она нахмурилась.
— Тебе устроили выговор? Назначили штраф? Обязали к физическим работам на территории? Да стой ты!
Я не останавливался.
— Ну что-то вроде. — я снова пожал плечами.
Пепельноволосая сверлила меня взглядом и старалась не отставать, ускорив шаг.
— И что? Тебя это совсем не волнует?
— А должно? — ухмыльнулся я, и свернул на лестницу.
— Еще два таких прокола и тебя отчислят, Семёнов! У нас работает правило трех нарушений! — она повысила голос, цокая каблучками за мной.
Я резко развернулся, после чего Снежана врезалась в меня на полном ходу. Ощутил приятный холодный и сладковатый запах ее духов. Похоже на ощущение свежего морозного воздуха ранним зимним утром. Кончики ее волос приятно коснулись щеки. А моя рука как-то сама собой легла аккурат на ее грудь.
— Хм… — я состроил задумчивое лицо, не убирая руки. — Если ты будешь так близко прижиматься ко мне каждый день, то я пересмотрю свое мнение на счет отчисления. У тебя чуть пиджачок помят. — и погладил её сиську, хе-хе.
Немая сцена. Секунда — непонимающее лицо Льдинской, вторая секунда — и ее миловидное личико приобретает очертания демонического оскала, полного злобы и вселенской ярости.
— Ты что творишь, урррррод⁈ — Снежанна взмахнула рукой. — Извращенееееец!
Я увернулся от пощечины, просто отойдя на пару шагов вниз по лестницы. Руку убирать конечно не хотелось, но тут без вариантов.
— И почему сразу извращенец? — усмехнулся я. — Извращенцы это ведь те, кто любят что-то странное или страшное, а ты ничего так, вполне.
Льдинская фыркнула вся красная, резко развернулась и зашагала обратно наверх по лестнице.
— Козел! Тупой козел извращенец! — крикнула она, не оборачиваясь.
— С удовольствием буду ждать следующей встречи, дорогая! Каждая встреча с тобой это мед для моей души! — ответил я и наконец пошел на выход из здания.
Вечер того же дня в спортивном корпусе номер три.
Валерий Фраг, по кличке «Валера», лупил по груше кулаками. Глухие тучные удары раздавались на весь пустой зал. В каждый удар Валера вкладывал всю свою злость на того новичка.
— Сука… Рыцарь в сияющих доспехах… Гребанный мудак… Н-на!
От особенно сильного удара груша откатилась по направляющей назад. При ударе в воздухе появилась вспышка пламени. Гнев Валерия вырывался из его кулаков и преобразовывался в пламя. У него всегда были проблемы с яростью, которые он пытался обуздать. И сейчас стычка с новичком никак не выходила из его головы. Он уже несколько раз убил этого «рыцаря» в воображении, но пострадала только груша.
Входная дверь зала скрипнула и в помещение вошел его друг и одноклассник Артем.
Валера просто кивнул Теме. Тот разулся, снял ветровку и прошел в зал.
— Кароче, этот новенький — темная лошадка. Инфы толком нет. Известно только, что он сменил уже четыре школы, нигде не проучился больше полугода. — Артем шмыгнул носом, пожал руку другу.
Они наклонились, и будто скрываясь от кого-то, пошли, чуть пригнувшись и сбавив тон голоса, почти перейдя на шепот.
— Сам отчислялся или выгоняли?
— За неуспеваемость, но это фигня какая-то. Вот, глянь.
Тема показал фотографии документов на смартфоне и прокомментировал:
— Есть записи, что он выиграл во всех турнирах новичков, где участвовал, видишь? Везде первое место в списках. А у нас его зачислили в класс «D», прикинь?
Валера вопросительно посмотрел на друга.
— Ты хочешь сказать, что этот идиот с фамилией Семенов, который и года нигде не проучился, победил всех новичков на потоке? Да еще и в четырёх разных школах⁈ Бред какой-то…
— Вот я и говорю — темная лошадка. Новичок, с неопределенным даром, который не имеет ни одного поражения, но при этом постоянно отчисляется за неуспеваемость.
Валера сел на скамью, снял потную футболку, сложил в спортивную сумку.
— Номер его пробил?
Тема протянул бумажку с телефоном.
— Устроим ему встречу?
— Ага, у нас в баре. Скажи парням, чтобы сегодня были все. Попробую с ним поговорить, ну а если разговора не получится… — он похрустел костяшками пальцев и с каждым хрустом от его руки вспыхивало пламя. — Поговорим с ним по-другому.
Вечером я, наконец, полноценно заселился в свою комнату и разложил вещи, хорошо, что их было совсем немного. На всё ушел час.
Котик начал осваиваться в новом жилище с куда большим энтузиазмом, чем я.