Я сразу ощутил приятный аромат ее духов. Цветочно-медовый лед. Вкусное и с холодком. Очень подходит к ее белоснежным волосам.
— Если вы хотите получше узнать о своей прошлой жизни, то записывайтесь на факультативные занятия. Некоторые из вас уже на них записаны… — на этих словах Лина Васильевна посмотрела на меня, чуть улыбнувшись.
— Кха! Кха!
Послышался кашель. Я посмотрел на источник звука. Это тот самый парень с красной щекой. Он закашлялся, и рухнул из-за парты на пол.
— Что с ним?
— Что случилось?
— Ему плохо!
В классе раздались возгласы учеников.
— Отойдите! — приказала учительница и быстро прошла к парню, цокая каблуками.
Я встал с места, посмотрел на бедолагу. Ученик будто высох. Кожа натянулась, под глазами огромные мешки, на внутренней стороне рук видны сухожилия. Он словно стал весть килограмм тридцать.
Класс ужаснулся. Все внезапно осознали, что упавший закашлявшийся парень был почти не похож, на того, кем был до урока! Выглядел болезненно, будто у него температура под сорок, сопли в три ручья, но что самое странное! Иссох до истощения, будто не ел пару недель!
— Что это⁈ Какая-то новая болезнь⁈
— Это заразно⁈ Отойдите!
Народ начал опасаться за свое здоровье, многие моментально скучковались в другой части аудитории.
Учительница нажала кнопку на брелке, бросила ключ на ближайшую парту и присела к бедолаге.
— Что с тобой? Лежи, я проверю уровень гормонов…
— Мне… Плохо… Я, кажется, заболел… Вчера…
Это были последние его слова и он отключился. Голова откинулась, глаза закрылись. И обмяк на руках учительницы.
Кто-то начал истерично орать, думая, что ученик умер. Кто-то стоял в ступоре, не понимая что произошло. Я встречал медика у дверей в аудиторию. Моя собственная регенерация работает безупречно, вот только я не могу передать ее другому человеку, даже если бы хотел.
Лина Васильевна же использовала свой дар. Я видел как аккуратные ровные линии ее энергии окутывали тощее тело паренька, впитываясь в кожу. Дышать он стал заметно чаще и глубже, тон кожи немного начал выравниваться. Учительница обернулась к классу.
— Если кто-то что-то знает, то самое время вам начать говорить, ребята. Чем он болел? У меня есть все ваши дела и ни в одном не было таких страшных болезней или особенностей!
Народ пожимал плечами, все переговаривались, но всё свелось к одному — никто ничего не знает. Здесь даже имен одноклассников ещё никто не знает, не говоря уже об остальном.
И тут Боб толкает меня в локоть.
— К-кажется, это я… Это я в-виноват…
Толстяк, не моргая, смотрел на иссохшее тело одноклассника.
Прибывшие медики аккуратно уложили пострадавшего на носилки, после чего накрыли прозрачным энергетическим пузырём и подняли в воздух. Медицинская транспортировочная капсула. Позволяет замедлить метаболизм, понизить температуру и давление. Сохраняет больного будто в консервации.
А Боб, тем временем, всё ещё не моргал. Смотрел вслед уплывающей капсуле с иссохшим одноклассником и еле пошевелил губами.
— Это я… я виноват…
Глава 7
После занятий мы сидели в столовой. Боб рассказал о своих «потасовках в туалете», но вместо того, чтобы праздновать первые в жизни победы, винил себя и упивался муками совести.
— А если я — это Мор? — толстяк поправил очки, помешивая ложечку в кружке с дымящимся горячим чаем.
— Мор? Это тот, который один из всадников апокалипсиса, что ли?
— Угу… Мор, Чума… Его п-по разному называли…
Каждый сверх в прошлой жизни был кем-то великим, как говорила Лина Васильевна, и вполне возможно, что кто-то из нас правда был божеством, но что-то я слабо верю, что вот этот пирожок с трясущимися щеками мог быть не просто «кем-то», а всадником гребаного апокалипсиса.
— Хах! — я поперхнулся булочкой, просмеялся, запил чаем и сказалю — Прости, но на реинкарнацию Мора ты не тянешь. Будь ты им, уже б вся общага передохла от болезней. Так что перестань зря себя винить. И вообще… — я повел рукой в воздухе. — Куда делся тот бесстрашный Боб, который хотел руки бензопилой отпиливать?
— Д-да это я так… На эмоциях б-был просто… — в конце Роберт еле заметно улыбнулся.
— В конце концов, тот паренек поваляется в мед блоке, подлечится и поймет, что к тебе лучше не лезть. Ты ведь больше не тот, кем был раньше, Бобо! Две драки! И две победы! Радуйся, ты на правильном пути! У тебя даже взгляд другой стал, поживее, что ли.
Тот посмотрел на меня с надеждой и улыбнулся, затем выдохнул.