Когда он убедился, что всё в порядке, открыл дверь и смущенно уставился на женщину.
— Д-доктор Х-х-харлин, вечер д-добрый.
— Добрый, Роберт, — вежливо улыбнулась та и, не дожидаясь приглашения, прошла в комнату. — Извини, что так поздно, но нам нужно серьезно поговорить.
Боб только кивнул, закрыл дверь и поинтересовался:
— О-ч ч-чем?
Харлин повернулась к нему и мягко улыбнулась, сказав:
— Облепиха.
В этот момент в толстяке что-то щелкнуло. Взгляд расфокусировался, а зрачки затянуло серой дымкой. Ноги подкосились, он чуть не упал, но вовремя пришел в себя, схватившись за тумбу.
— Ох… И чего так мозги болят, будто черви выедают всё изнутри… — произнёс он абсолютно без заминок и заикания. Потер лоб и неспешно осмотрел комнату, затем сфокусировал взгляд на женщине в медицинском халате. — Док… у тебя есть обезболивающие или может сразу отрубишь мне голову, чтоб не мучался? Голова ща расколется к чертям…
— Дайкокутэн, здравствуй… — Харлин почтительно кивнула. — С каждым разом твоя личность проявляется всё хуже. Да и твоя тяга к гротескному насилию уже переходит все границы. — и начала копаться в сумочке.
— И я рад тебя видеть, док. Ты о чем вообще? — Боб сощурил глаза и одновременно улыбнулся. — Между прочим, ты отвлекла нас от очень интересного занятия… Ну, да ладно. Кажется, мы пару месяцев с тобой не виделись или около того?
— Если бы не экстренная ситуация, не виделись бы ещё столько же. Держи, — та положила ему в ладонь пару таблеток.
Он, не думая, забросил всё в рот и начал взглядом искать воду.
— Посмотри в рюкзаке Боба, — Харлин указала на кровать, — Сам ж знаешь, что твоё ходячее «вместилище» любит газировку и жить без нее не может.
Когда толстяк услышал это имя, сощурился, будто проглотил кислый лимон. Завёл таблетки за щеку и пробурчал:
— Кстати, ты знала, что этот мягкотелый забрал мою силу недавно? Всего на минуту. Этот кусок жира становится сильнее, док. С каждым разом он забирает мои силы всё быстрее.
— Как… — Харлин поправила очки, взгляд с взволнованного и серьёзного сменился паническим.
— Я-то откуда знаю? — прыснул толстяк, копаясь в рюкзаке. — Это же ты у нас профессорша, ты и скажи. Если б я не лишился части силы, то высушил это тело до мумии и давно бы перешел в новое. Не, ну ты посмотри, что это за жировой спасательный круг? — и хлопнул себя по выступающему животу, затем достал бутылку газировки со вкусом спелого граната, открыл с приятным «пшиком», и начал пить. Спустя десять секунд полтора литра напитка бесповоротно исчезло.
— Этого не могло произойти… Уровень развития Боба ниже начального… Его чакра почти закрыта, каналы узенькие и маленькие… — Харлин привлек звук глотания газировки и она наблюдала как тот пьёт. — Ладно, расскажешь всё после. Сейчас надень что-то неброское, и поехали. Твоему новому другу нужна помощь.
— Тот новичок? Как его? Лёха, кажется?
— Да.
— Что с ним? Вроде бы сильный сверх, да и ставит мозги этого Боба на место.
— Всё по дороге, пойдем. Ситуация срочная, да и ты, наконец, сможешь использовать свой дар на полную. А ещё прихватим по пути одну кошечку…
Я открыл глаза, но ничего не видел, зато услышал голоса.
— Как приедем — сразу тащи его вниз и не спускай глаз. Жди указаний, — ворчал Монах.
— А что делать, если он использует чакру? — нервничал амбал Андрей.
— Ссышь, что не сможешь справиться с этим юнцом в честном бою? И за что я тебе вообще плачу! Тьфу! Внизу есть Амегдаловы наручники, наденешь на него, и дело с концом, бестолочь.
— Сделаю, босс.
— И смотри, не облажайся. Наручники стоят больше, чем ты и вся твоя семья вместе взятые!
— Да…
Стараюсь не крутить головой и никак не показывать, что пришел в сознание. Лоб болит и пульсирует. Чем Монах выстрелил? Прощупываю чакру — силы есть, значит поживу.
И что еще за Амегдаловы наручники? Уверен, к ним лучше не притрагиваться нахрен, что бы это ни было.
По ощущениям, машина мчится на приличной скорости, значит едем по автостраде, или загородом. Самое время преподнести Монаху сюрприз и уйти красиво.
Мое тело окутала синяя дымка.
— Босс, он очнулся! — выкрикнул амбал Андрей.
— Покеда! — смеюсь и мгновенно телепортировался из машины, оставив после себя только дуновение ветра.
Я мелькнул наверх, а не в сторону, как обычно, чтоб не сбила никакая тачка. Так что падаю сейчас с высоты пятидесяти метров. Срываю иглу со лба и с усилием разорвал жгут, что стягивал руки. Асфальт приближается. Метров двадцать ещё. Вижу черный микроавтобус Монаха марки мерседес. Справа лес. Протяженное шоссе. И куда они меня собрались везти?